Измена. Когда возврата нет

Потом проблемы с парковкой, отключения воды и отопления в зимнее время года… Я ненавидела город, как сам факт существования. Но полностью переехать в деревню не получалось. Эдик был против. Ему не улыбалось чистить дорожки зимой от снега и… А больше я и не помнила его аргументов. Он просто не хотел жить в деревне, где зимой оставалось три семьи.

Наверное он был в этом плане прав. Пусть я город и не любила, но мне нравились городские удобства. Ванна и хороший интернет, кинотеатр и уличные гулянья. Да просто побродить по магазинам – уже развлечение. А в деревне в этом плане было скучно.

В город просто не наездиться.

Автобусная остановка. Жарко. Душно. Лето в самом разгаре. Вокруг люди. Кто-то разговаривает по телефону, кто-то курит электронные сигареты. Липкий сладкий запах смешивается с жарой, пылью, тополиной листвой и духами, превращая воздух в тошнотворную тяжелую массу. Эта масса окутывала. Прилипала к влажной коже и вызывала головокружение.

Я отошла в сторону витрины фотосалона. Посмотрела на свое отражение в витрине. Вроде выглядела неплохо. Пусть мне было и не шестнадцать, но я за собой хорошо следила, поэтому мало кто мне давал тридцать шесть лет.

Эти мысли вызвали улыбку. Тридцать шесть. Как будто это закат жизни! Да, у меня была взрослая и самостоятельная дочь, уехавшая учиться в другой город. Пусть ей и было шестнадцать, но она твердо стояла на ногах. Школу закончила экстерном. Поступила в институт на химика и теперь решила посвятить жизнь науке. Я только могла за нее порадоваться.

У меня был муж, с которым мы прожили семнадцать лет. Ранний брак оказался довольно крепким. Его не смогли сломить никакие трудности. А трудностей было предостаточно.

У меня было образование, работа, на которую я ходила с удовольствием. Тридцать шесть лет, а на жизнь пожаловаться я не могла. Все было хорошо. Или почти хорошо.

В последнее время мы жили с Эдиком, как соседи. Страсть прошла. И в этом была виновата я.

Подъехал автобус. Я зашла внутрь. Свободное место около окна. Пусть и солнечная сторона, зато приоткрыто окно и сквозняк обдувал лицо. Я села на это место и стала смотреть в окно.

Страсть пропала, когда я настояла, чтобы мы отдали ипотеку раньше. Для этого пришлось много работать.

Мы и работали. Я брала переводы на дом. Эдик подрабатывал в такси. В таком режиме мы прожили несколько лет. Так многие живут. Работали и старались улучишь жизнь. Чтобы была своя квартира и машина, чтобы ребенок поступил туда, куда хотел. И вот мы всего добились. Тут мне надо было найти общую цель, вновь вернуть любовь, а у меня не получалось. Я словно зашла в тупик, а обратно выйти из него я не могла, а впереди была высокая кирпичная стена.

Наверное, надо было родить второго ребенка, когда я забеременела.