А вообще, к своему успеху я уже лет пять иду. Если надо будет и по головам прогуляюсь.

Слабо улыбаясь повернувшемуся в нашу сторону мужу, жму плечами.

— Да нет. Я спокойная и дружелюбная, — подмигивает она. — Просто привыкла свое выгрызать зубами.

— Вау… — снисходительно качаю головой. — У нас в детдоме на такое говорили: «как бы без зубов не остаться».

— Да, кстати. Слышала вашу историю. Рома рассказывал…

Задержав дыхание, стараюсь не показать вида, что меня задевают ее слова.

— Мне жаль, что у вас так все вышло. Пойду собираться, а ты можешь воспользоваться моей гримеркой.

— Зачем? — округляю глаза.

— Разве ты не будешь переодеваться?

Быстро окидываю взглядом свое платье шоколадного оттенка. Оно, конечно, не суперпарадно-выходное, но до этого момента мне казалось вполне модным. Особенно вырезы на талии.

— Нет. Я не буду переодеваться.

— Ох, — Ильяна прикрывает рот. — Прости, пожалуйста. Как-то неудобно вышло. Ладно, пойду.

Улыбку на ее лице я вижу даже через затылок.

Ярость внутри закипает так, что вот-вот крышку сорвет. Несусь к бару и дергаю за руку ничего не понимающего мужа:

— Давай уйдем отсюда, — настаиваю.

— Она. Мне. Не нравится.

— Ильяна тебе что-то сказала? — хмурится Рома.

— Тогда соберись, Наташ, — он злится. — И не мешай мне работать.

На разогреве у Ильяны выступает группа девчонок лет двадцати. Молоденькие, полураздетые. Кожа одной из них практически полностью забита татуировками. Я не ханжа, но не совсем понимаю, как «тюремная» мода вдруг стала проявлением самовыражения и смогла настолько пробраться в нашу жизнь, что красивая девушка сделала со своим прекрасным телом вот это? Что она будет думать о своем поступке через пять лет? Через десять? Через двадцать?

Отвернувшись от сцены, изучаю наряды присутствующих гостей. Сегодняшним балом правят блестки, стразы и латекс. Конечно, мое платье выглядит так, будто я банковский клерк.

— Или нормальный человек, — улыбнувшись и пригубив бокал шампанского, шепчу.

Не всем ведь в ванной с глиттером купаться перед выходом из дома? Это просто не для меня.

— Как дела? — спрашивает Настя, возвращаясь откуда-то из-за сцены.

— Вы что, с Березовским поругались?

— Оба как на иголках.

На инстинктах тут же стараюсь найти мужа глазами. Рома стоит в центре зала с бокалом шампанского в руке. Судя по тому, как его сжимает и как отстукивает ритм кроссовкой, нервничает и злится. Наши непримиримые взгляды сталкиваются, и я поспешно отвожу свой, заправляя прядь волос за ухо.

На просьбу «не мешать ему работать», я вспылила и ответила, что «я бы и рада, только вот он сам меня сюда притащил». Тут же пожалела, конечно, но было уже поздно.

Задрав подбородок, игнорирую то, как реагирует мое тело на пристальное внимание мужа.