Ты что здесь делаешь?
— Я ассистент! — восклицаю звонко.
— Она будет здесь, — говорит Рома ровно, — Сбавь обороты.
Сузив глаза и поджав и без того тонкие губы, Арчи прячет руки в карманы брюк и перекатывается с носков на пятки и обратно.
— Фотограф задерживается, — сообщает он, — попал в аварию на Ленинградском.
— Блядь! — выругивается Рома, — Расходимся до завтра.
— Э, нет! — вступает продюсер певицы, — У Ильяны завтра плотный график.
— Я могу, — предлагаю негромко и демонстрирую мужчинам свою камеру.
— Нет! — отбивает Березовский, — Она не будет этого делать.
Мы схлестываемся взглядами, и я едва не обгораю от исходящего от него раздражения и агрессии. Но терплю, стою на своем, малодушно ожидая поддержки их с Ильяной продюсеров.
— Ты умеешь фотографировать? — спрашивает ее директор.
— Умею! — заявляю Роме в глаза.
Глядя на меня еще несколько секунд, он резко выдыхает и отворачивается.
— Не поняла, — раздается за спиной голос певицы, — Я выбрала самого профессионального фотографа! Почему нас будет снимать...
— Пошли! — грубовато перебивает ее Березовский.
Я быстро раздеваюсь и расчехляю камеру. Мои пальцы ледяные. Затылок и лоб покрываются испариной, а по спине тянет морозцем.
Я же справлюсь?.. Должна справиться.
Если этому суждено случиться, то пусть все произойдет в моем присутствии и под моим контролем.
Пока гример поправляет макияж Ильяны, мы с ответственным за оборудование сотрудником выставляем свет, а затем я настраиваю объектив.
Все это происходит под напряженным взглядом Ромы и недоверчивым — Арчи.
— Наташа... — обращается ко мне муж в последней попытке отговорить от этой идеи.
Притворяюсь глухой, чем, очевидно, не мало злю его.
Рыжая возвращается в фотозону и, встав рядом с моим мужем, кладет ладони на его плечо.
— Точно сможешь? — волнуется Арчи, наматывая круги по студии. — Смогу. — шепчу сипло. — Давай, найдем кого-нибудь по объявлению. — Она справится. У нее лицензия фотографа. — цедит Рома сквозь зубы. — Выйди отсюда, ты ее отвлекаешь! Я опускаюсь на одно колено и ловлю их в объектив камеры. Руки дрожат, словно я булыжник удержать пытаюсь. С трудом фокусирую зрение. — Встань к ней ближе. Березовский нервничает, но делает, как я прошу. Приближается к Ильяне и обнимает ее талию. Рыжуля смотрит на него влюбленными глазами и эффектно, как в старых фильмах, откидывает голову назад. Играет или нет?.. Делаю несколько кадров и слышу воодушевленный голос продюсера. — Поцелуйтесь. Покажите страсть. Каменею в то же мгновение. Перехватив взгляд Ромы, посылаю немую мольбу. «Я умру, если ты сделаешь это, Ром». Но он, похоже, разучился читать мои мысли. Решительно прервав зрительный контакт, прижимает ее к себе и целует почти так же, как целовал меня прошлой ночью.
