12
0– Да и где эта ложечка? Тебе померещилось! Не было никакой ложечки!
В тот миг мне больше всего хотелось убить его. Убить прямо тут, на месте… но прошла секунда, и я понял, что не смогу.
Люди делятся на два биологических вида – на тех, кто может убивать себе подобных, и тех, для кого это физически невозможно. И я отношусь ко вторым, плохо это или хорошо.
С холодным бешенством я проговорил:
– Убирайся прочь! Сейчас же! Чтобы ноги твоей больше не было в моем доме! Чтобы я больше никогда не слышал твоего имени!
Он понял, что я не шучу, и попятился.
– Еще только одно! – остановил я его.
Его лицо снова неуловимо изменилось. Теперь на нем проступили хитрость и мстительная насмешка.
– Письма от твоей милой сестрички, от Кати!
– От Кати? – переспросил я удивленно. – Она писала мне?
– Она писала тебе чуть не каждый месяц, а ты ей не отвечал. Она, конечно, думала, что ты ожесточился, вычеркнул ее из своей жизни. Какие жалостные это были письма! Одно удовольствие было их читать! Особенно когда она тяжело заболела!
– Она писала мне… я ей сейчас же напишу…
– Можешь не беспокоиться.
Так он нанес мне последний, самый болезненный удар и тут же сбежал.
Больше я его не видел.
На следующий же день я поехал к нотариусу и изменил свое завещание.
Потом, позднее, я заметил, что пропал один из ключей от потайного ящика – того, в котором я хранил китайскую шкатулку.
Конечно, это Валентин украл ключ, разнюхав секрет моего стола.
Но он разузнал не все. Он не знал, что у потайного ящика есть еще один секрет – капкан…
Впрочем, если ты читаешь это письмо – ты уже все знаешь. А мне пора заканчивать – письмо и так получилось слишком длинным.
И я хочу хоть чем-то заплатить свой долг перед Катей. Самой ее, к сожалению, уже нет, но есть ты, и я оставляю тебе все, что имею. Среди прочего – ту камею, которая лежит в нефритовой шкатулке вместе с письмом, которое ты сейчас читаешь.
Эта камея – удивительная, уникальная вещь. В нашей семье она передавалась из поколения в поколение, и вместе с ней передавалась легенда о ее происхождении.
По легенде, в незапамятные времена эта камея принадлежала жрецам тайного этрусского культа богини, которую называли Матерью Змей.
– Вот и все. – Светлана выпустила из рук письмо, и оно плавно спланировало на пол. – Это ужасно! Ужасно, что мамины письма не дошли до него.
