А после пламя начало менять очертания, а на алтарь упали горсткой магические огненные лилии. А в моей голове появилось знание, куда именно их нужно было посадить.

Я повернулась к Рейну и передала:

— Они велели посадить их туда, куда начали приходить духи. Твоим землям всё ещё не хватает там силы. Это помощь и благословение, мы всё сделали правильно.

Рейн в ответ не стал дожидаться, пока мы выйдем из Храма, а обычно обряд завершают на выходе, при всём честном народе, целуясь в знак единения и свершения ритуала.

Поэтому только самые близкие оказались свидетелями его нежного, а потом набирающего страсть поцелуя. Жар опалили меня, унося сознание прочь. Осталось только желание быть ближе, чтобы этот момент не прекращался. Я даже потянулась чуть вперёд, когда поняла, что мой муж отстраняется.

Он хриплым голосом тихо произнёс:

— Если мы не остановимся, никто не увидит нас до утра, Лиз. Я тоже не железный. Украду тебя прямо из Храма. Поверь, я точно знаю, где здесь второй выход.

Я поняла, смотря в глаза любимого, что он готов это сделать прямо сейчас, и плевать ему было, кто что подумает. Именно это и привело меня в чувства.

Я смотрела на свою любовь, на мужчину, которого выбрала, и почему-то именно в этот момент подумала и спросила:

— Рейн, а что было бы, если бы ты не поймал меня тогда там, в саду?

— Я бы поймал тебя там же на следующую ночь. Ты знаешь, я почти уверен, что это твои духи всё подстроили тогда. Они всё знали. У нас просто не было выбора.

— Ты не жалеешь ведь, Рейн?

— Ты шутишь, Лиз? Что за мысли, мы только что открыли души у алтаря, ты чувствовала то же, что и я. Да и кто ещё сделает мою жизнь такой… такой… невозможно интересной.

Я хмыкнула и уверенно ответила:

— Вот и я так думаю, любимая. Идём уже, а то я опять вспомню про второй выход из храма и украду тебя только себе.

— Да, Лиз. Тебя — только себе и на всю жизнь. Ну, с духами я делиться согласен. — И задумчиво добавил: — Иногда, редко.

— А наши будущие дети как же?

— А детей, Лиз, мы будем любить вместе.

Рейн подошёл ко мне обнимая. Я улыбнулась, почувствовав нежные объятия. Уже пару месяцев, как животик стал увеличиваться, и муж вёл себя, словно я была хрупкой статуэткой. А в нашем общении добавилась такая особая нежность, которая даже умиляла.

Сегодня Алия выпускалась, а ректор решил устроить из её выпускного проекта целое представление, судя по народу, собравшемуся в зале.

Я прислушалась к словам ректора, начавшего как раз говорить про Алию и ту самую чашу.

— С особым трепетом хочу представить вам артефакт, который будет храниться в академии, и магию которого сможет испробовать любая пара. Сейчас вы видите тот самый артефакт, созданный на основе дара одной из самых одарённых студенток за всю историю нашей академии, Алии Стретин.