Комиссар Лазар остановил на арестованном тяжеловатый взгляд и как можно спокойнее поторопил:
— Итак, я жду откровений.
— Господин комиссар, я еще молод… Скажите, меня ожидает гильотина?
— Все зависит от того, насколько вы будете искренни со мной, — сказал Лазар бесстрастно.
— Я постараюсь… Правое колесо в пролетке у меня неприятно поскрипывает, по нервам бьет, — словно пожаловался Батист. — А это многих пассажиров раздражает… Ворчат… Ну я и останавливался в каком-нибудь безлюдном переулке, будто для того, чтобы починить колесо. А когда пассажир отворачивался, то я ему на горло набрасывал удавку и затягивал… Это я с виду такой худой, а руки-то у меня сильные, — не без тайной гордости сказал Батист. — Вот я его душу, а он трепыхается и только ногами сучит. Но разве от меня вывернешься!
— Сколько человек вы задушили, Батист?
— Пятерых… Мадам одна была. Не хотел грех на душу брать, да уж больно у нее сумочка была красивая, из черной лайковой кожи. Думал, денег в ней навалом. — И, взмахнув безнадежно рукой, объявил: — А там всего десять франков оказалось, как раз столько, чтобы со мной расплатиться. Только сюртук зря порвал… А куда он такой после этого? — пожаловался Жульен. — Только на тряпки! Все-таки разных господ возить приходится, мне же надо выглядеть подобающе!
Поимку душителя комиссар Лазар воспринял как закономерность. Как-никак он выслеживал его уже не один месяц. Полицейские, под видом праздных гуляк, подсаживались в шальные пролетки и терпеливо ожидали нападения. Повезло Готье, молодому сотруднику, еще год назад выступавшему на арене цирка с силовыми упражнениями. Разорвав руками шелковый шнур, наброшенный ему на шею, он его обрывками связал извозчика по рукам и ногам, после чего крепко наподдал ему за пережитые страхи.
Теперь Батист затравленным зверьком смотрел на комиссара заплывшими глазами.
Жан Лазар сунул руку в карман и положил на стол золотое кольцо, украшенное мелкими бриллиантиками. На внутренней стороне кольца была выгравирована надпись на русском языке: «Любимому Савелию, на День Ангела, от Елизаветы».
— При обыске вашей квартиры нашли вот это кольцо. Что вы можете мне сказать по этому поводу?
Батист ссутулился, спрятав голову. Теперь над столом возвышался один горб.
— Это кольцо… я взял у одного мсье.
— Вы не до конца со мной откровенны. Вы взяли его у шестого убитого?
— Господин комиссар, это произошло совершенно случайно… Он был пьян… Дьявол попутал! Он просто уснул у меня в пролетке… Я решил обшарить его карманы, а он проснулся… Мне более ничего не оставалось делать…
— Вы закололи его, — констатировал Лазар.
— Он слишком громко кричал! — с негодованием воскликнул Батист.
Шестым убитым был полотер «Национального банка».
