– Глеб, ты контролируй этих Казаков, чтобы все правильно было, я тебя очень прошу! А через три-четыре дня ко мне загляни. Николаша тебе поможет!

– Твой Николаша такие бабки берет!

Цируль, улыбнувшись, сказал:

– Ничего, это его работа. Мы тебе скидку сделаем, – и он быстро махнул рукой. Тюремщик вошел в кабинет. Цируль подошел к нему и что-то прошептал ему на ухо. Николай два раза кивнул. Затем Цируль снова обратился к Глебу:

– Ты, Глеб, сейчас заряженным идешь. Смотри, менты могут тормознуть. Поэтому маляву торпедой заряди.

– Как это? – не понял Глеб.

– А ты что, ни разу не сидел? – удивленно спросил Цируль.

– Нет, – покачал головой Глеб.

– В общем, сверни в трубочку, в полиэтиленовый пакетик заверни и в задний проход затолкай. Это и называется по-нашему «торпеда», – улыбнулся Цируль. – Туалет вон там, по коридору направо.

Глеб представил себе, что его сейчас будут обыскивать, и ему вновь стало не по себе. Он вышел в коридор вместе с Николаем. Когда тот сказал ему, чтобы он шел за ним, Глеб сказал в ответ:

– Погоди немного, я в туалет заскочу.

Он быстро вошел в туалет. Туалет напоминал вокзальный всех советских времен.

Единственный кран с холодной водой, чугунный умывальник и совершенно безобразного вида кабинки, практически без дверей. Все кабинки были разрисованы: «Здесь был Вася», «Здесь был Коля» и так далее, разные статьи, приветы, Казани-Рязани и прочее.

В углу, возле мусорного ведра, набитого окурками и разными пакетами от сока, обертками от шоколада, он увидел валявшийся разорванный полиэтиленовый пакет. Он быстро подошел к ведру и оторвал от пакета кусок. Все, обертка у него есть.

Он быстро свернул маляву в узкую трубочку, обернул ее пакетом и, зайдя в кабинку туалета, засунул «торпеду» в задний проход.

Конечно, Глебу было неприятно, но он понимал важность этой записки. По существу, эта записка была важной не только для Цируля, она являлась вещественным доказательством. Если его заметут, то уж точно он пойдет по делу как посредник, а это в планы Глеба не входило.

Закончив процедуру, он вышел. Догнал Николая. Неожиданно Николай остановился и обратился к Глебу:

– Ты что, парень, думаешь, я такие деньги только на свой карман заказываю? Нет, я всем башляю, – перешел на блатной язык Николай.

 – Этому дай, тому дай, чтобы не глядел, а тому – чтобы вопросов не задавал. У меня кроха остается.

– Да ладно, мне-то что! – махнул рукой Глеб.

– Короче, через три дня я тебе позвоню, приходи, сделаю все бесплатно. И еще – ты мне ничего не должен.

– Я же треху тебе должен! – обалдел Глеб.

– Все, забудь! Прощаю, амнистия вышла! – улыбнулся Николай.

Глеб понял, что Цируль провел с тюремщиком беседу и Николай уже не будет брать такие деньги.

Вскоре они спустились по коридору и прошли к выходу.