— Знайте, что я вас обоих очень люблю! Пусть у нас троих всё будет хорошо!

Придерживая подол платья, упрямо ползущий вверх, я тянусь, чтобы чокнуться. «Главное, не пить больше одного», — напоминаю себе, с осторожностью прикладывая запотевшее стекло к губам.

Холодная сладковатая жидкость щекочет горло, и в следующее мгновение мир меняется. В висках что-то сдавливает и резко отпускает, отчего голова становится невесомой. Горячая вибрация крови ощущается в ступнях и кистях, а губы сами собой формируют улыбку. Господи, вот это ощущения! Будто из тела выкачали весь воздух и вместо него загнали веселящий газ.

Музыка перестаёт казаться слишком громкой, платье — коротким и тесным. Отлично, отлично. И почему я переживала по поводу того, что не соответствую этому месту? Меня сюда впустили — значит, ещё как соответствую!

— Как коктейль? — спрашивает Василина, наблюдая за мной поверх своего стакана.

— Вкуснятина! — отвечаю я неожиданно громко.

Внутри бурлит энергия… Много энергии. Скорее всего, дело в сиропе, который добавлен в коктейль. Сахар, как известно, это быстрые углеводы, провоцирующие резкий выброс инсулина, усиление кровообращения и мышечного тонуса… Вот только если не занять себя в этот момент физической активностью, велик риск набрать жир, особенно с учётом позднего времени суток… Интересно, для чего я обо всём этом думаю? Энергия есть — значит, нужно куда-то её девать!

— Так что там про этого вице-президента? Вы знакомы?

— Утром виделись в офисе, — отвечаю я, с шумом высасывая коктейль до самого дна.

— Он назвал меня красавицей и попросил сделать ему кофе.

Грохнув бокалом о стол, я одёргиваю платье и поднимаюсь.

Вибрация в теле разрастается и захватывает собой каждую клетку, не оставляя ни единой возможности усидеть на месте.

— И куда это ты собралась? — с подозрением щурится Вася.

Жестом, подсмотренным в рекламе шампуня, я откидываю назад волосы и трогаю языком губы, проверяя, такие ли они пухлые, какими казались в зеркале. Оставшись удовлетворённой, озорно подмигиваю ей:

— Пойду с яхтсменом поздороваюсь. Уж очень ему идёт эта рубашка.

Идя от нашего стола к бару, где в данный момент обретается Громов, я вдруг чётко понимаю одну очень важную вещь.

Алкоголь вовсе не зло, а самое настоящее чудо. Благодаря ему мои плечи расправлены, на губах сияет победная улыбка, а ноги, обутые в пыточные шпильки, ступают непринуждённо и легко. Я будто вижу себя со стороны, и увиденное мне очень нравится: обладательница пышных волос, идеальной кожи и сочных розовых губ, в красивом облегающем платье движется к бару под прицелом десятков восхищённых глаз. По сторонам я, конечно, не смотрю, но уверена, что восхищённых взглядов более чем достаточно.