Ну, почти уже… Вот из ящика вытащим, софт загрузим — тогда да… Начнется у манекена жизненный путь. А пока он еще мясо в растворе. И вот, — Дактиль постучал пальцем по прибору.
Олег рассыпал сигареты.
— Погоди, погоди… — суетливо произнес он. — По моим часам, его уже загрузили. Сегодня.
— А на моих — вообще февраль две тысячи третьего. Ты как ребенок, Шорох! Эту железку еще не использовали.
— И в ней можно… что-нибудь… слегка…
— Э, нет! Мы же договорились'
Олег запихнул сигареты обратно в пачку, одну сунул в рот. Прикурил. И наконец решился посмотреть Дактилю в глаза.
— Жить охота? — спросил он. — Вот и мне тоже. Так охота, что сил нет.
— Об этом, — Шорохов подвинул на столе мокрый галстук. — Почти три сотни евро, такую вещь испоганили! Жалко… Ну, хоть на крови сэкономил. Кровь-то у тебя бесплатная…
Дактиль достал из пепельницы свой окурок и зачиркал зажигалкой.
— Шорох, что ты меня стращаешь? При чем тут моя жизнь?… И твоя?…
— Твоя зависит от моей. А моя… она вся тут, — Олег тоже постучал по крышке, но тише и осторожней.
— Как у Кощея?… — нервно хохотнул курьер.
— Эту шутку я уже шутил, — отозвался он. — Да и не смешная она…
Олег вспомнил, как в прошлый раз доказывал это Дактилю и ничего в итоге не доказал.
— Я должен знать свою программу. В идеале — всю. В реале… хоть что-нибудь.
Курьер с неохотой развернул экран на себя и тюкнул по какой-то клавише.
— Ну-у… А что конкретно тебя интересует? Тут прошлое. Мнимое. Тут будущее. Между ними точка загрузки. День рождения клона, — пояснил он виновато. — Сколько ему… Двадцать семь лет…
— Будущее, — потребовал Олег.
— Будущее — оно длинное. Тем более у него. У тебя… — поправился Дактиль. — То есть у него…
— И что там, в моем длинном? В самом ближайшем.
— Ты думаешь, жизнь наполнена какими-то интересными событиями, да? Треть уходит на сон. Остальное — тягомотина, треп всякий… — Курьер снова щелкнул клавишей. — Вот: «Бомбите города», «Жрите землю»… Болтовня пуст…
— Что-что?! — Олег вскочил и встал у него за спиной. — Что?! Какие еще города?!
— Это реплики, Шорох. Реплики и ремарки, как в пьесе.
Символы на голубом поле выстроились в столбик и приобрели вид нормального текста:
— Просто реплики… — сказал курьер.
— Ну-ка, назад прокрути!
— Пожалуйста… Это у него в прошлом. В воображаемом, конечно. В том, которое еще до момента загрузки…
— И в другом отрывке тоже про некую Асю… — заметил Дактиль. — Не слишком ли она дорого стоит?
— Ася — это Прелесть. Я сам недавно все это говорил. Но это не программа. Это воспоминания. Это было! Согласись!.. Ну?!
— Нет, Шорох. «Надысь» от «намедни» я еще отличаю.
— Тот разговор сюда попал, потому что меня сканировали. Уже после активации. Я прожил несколько дней, и с меня сняли мнемопрограмму.
