Вот только прилегла на минуту-другую, как провалилась в сон и забылась, поэтому я очень-очень прошу меня извинить и предоставить отпуск за свой счет, ну или как это у вас там называется, но мне вот позарез нужно вернуться в свой мир. То есть отдохнуть буквально пару дней, после чего я свеженькая как огурчик вернусь и сыграю роль так, что все упадут.
На этой оптимистичной ноте я действительно поверила в то, что у меня все получится, поэтому, даже когда мы затормозили у массивной двери с тяжелой бронзовой ручкой, подвоха не заподозрила. Водитель с явным облегчением от меня отцепился и, кивнув, — мол, жду снаружи, ретировался, а я постучала и вошла в кабинет. Точнее, сначала в приемную.
Сидевший за столом секретарь поднял голову, но тут же поморщился и ткнул в сторону соседней двери.
Я рванула на себя дверь и вошла, не забыв предварительно прижать пальцы к виску:
— Мируар Фри… — начала было я, но договорить не успела.
Во-первых, кресло за столом пустовало. А во-вторых, меня притянули к себе так резво, что я не успела даже пикнуть. Облапали за нижние девяносто (или сколько там было у Селани), а потом ткнулись горячими губами в шею.
Да, к такому повороту событий жизнь меня не готовила.
И к такому тоже: когда мужская рука скользнула под платье, задирая подол, я извернулась с несвойственной мне сноровкой и отскочила в сторону. Это дало возможность наконец-то рассмотреть владельца кабинета (а может, и всего театра, судя по табличке «антрепренер» на обратной стороне двери). Невысокий, едва достающий Селани макушкой до подбородка, широкоплечий, с намечающимся пузиком, которое, однако, пока еще удерживали плотно застегнутая рубашка и пиджак. Темные волосы были аккуратно зачесаны назад и так щедро пропитаны гелем, что я не представляла, как он их вечерами расчесывает. Лицо — скорее привлекательное, с крупными чертами и особенно выдающимся вперед носом с горбинкой, губы не по-мужски мягкие, а глаза… глаза сверкают, и что-то мне это совершенно не нравится.
— О-о-о, мой фидруарчик хочет поиграть? — произнес мужчина, вскинув густые брови.
Фидру… кто? В следующую минуту меня перестало это интересовать, потому что, хитро подмигнув, он повернул ключ в замке и двинулся в мою сторону.
— Послушайте, мистер… мессир… мируар…
— Какая ты сегодня игривая! Грег, Ани, для тебя просто Грег… Но я не возражаю, если ты будешь звать меня мируар Грег.
А вот это уже катастрофа!
Я попятилась, наткнулась пятой точкой на стол и проехалась на ней вправо.
— Р-р-р! — изобразила оголодавшего тигра надвигающаяся катастрофа. Даже пальцами шкрябнул по воздуху для достоверности.
Не знаю, есть ли в этом мире дикие кошки, но дикие антрепренеры точно водятся.
