— Я голоден.
— Разогрею еду.
— Маш… — тихий смешок. — Я тебя хочу.
Раздается плач. Я возвращаюсь на кухню, где в коляске спит сын. Он уже сидит, трёт голубые глаза, которые точь-в-точь как у Виктора, а потом оглядывается.
— Привет, — улыбаюсь малышу. Вик берет его на руки и расцеловывает. Ребенок морщится — видимо щетина царапает нежную кожу.
— Ладно-ладно, больше не буду.
— Ты Пашку подержи. Я сейчас на стол накрою, а потом его накормлю.
— Хорошо.
Мы около полугода жили в Москве. Потом снова вернулись в Питер. От завещания родителей Виктора категорически отказались.
Виктория Сергеевна умерла спустя пару дней после нашей свадьбы. Как раз мы собирались отправиться на отдых — медовый месяц , проще говоря. В итоге улетели только после похорон.
Не скажу, что Виктору было все равно. Я видела, насколько ему было плохо, когда он хоронил собственную мать.
А отец Виктора… Он улетел в другую страну. Он пару раз встречался со своими внуками в прошлом году, сообщил, что скоро женится, а в этом году он не звонил и я понятия не имею, случилось с ним что-либо или нет. Возможно, успел развестись и снова женится, занят своей женщиной. О нем часто выходят заголовки. Обычно он строит отношения с молоденькими девушками. Наслаждается жизнью как может…
Моя бабушка… Она живет с нами.
Но, благо, сейчас с ней все хорошо. На днях должна приехать обратно и взять еще один курс лечения.
Олеська вышла замуж сразу после меня. И вот, в браке четыре года. Есть трехлетняя дочь Вика. Счастлива, слава богу. Нашла себе достойного мужчину, который любит ее, бережет и заботится.
Накрыв на стол, забираю Пашку из рук Виктора и иду в гостиную. Ложусь на диван, принимаюсь кормить сына грудью. Он чмокает сосок, а потом так улыбается мне и начинает сосать. Сладкий мой, любимый…
Честно говоря, два года я думала, что больше не смогу забеременеть. А когда увидела на тесте две яркие полоски, прямо летала от счастья. Не позволила Виктору в тот день уехать на работу. Я решила отметить это долгожданное событие и Амиров с удовольствием согласился.





