С одной стороны, радость охватила меня за долгое время, но с другой — неизвестность пугала.

Ремарт появился неожиданно, вырос передо мной тенью, даже окружение померкло с его появлением. Страж уже при параде. Дыхание задержалось, как демон вновь перевоплотился в благородного воина. Он подвел мне лошадь молча, и впервые — подсадил в село, задержал руки на моем поясе. Мне до кома в горле не хотелось, чтобы он ко мне сейчас приближался, касался меня, но просто не давал мне выбора, твердо сгреб с земли легко подсаживая на лошадь. Я не хотела смотреть на исгара, казалось, стоит это сделать, как сорвусь и заплачу, но невольно мой взгляд упал на стража.

Как не странно, в его взоре не было какого-то насмешливого превосходства, что он смог поиметь меня таким грязным способом, но и сожаления — тоже не было, чего не может быть в априори. Кажется, он сам не в особом удовлетворении от произошедшего. Ремарт был задумчив, и непонятная тень скользил в его сумрачных глазах, в которых отражался серебристый снег.

О чем он думает? Впрочем, меня не должно это заботить, пусть катиться к черту.

Я отвернулась, не желая на него смотреть больше. Взгляд зацепился за ватагу лойонов Фоглота. Кажется, Маару не нравилась эта компания, быть может потому и напряжен? Не даром предупреждал меня не бросаться в глаза этому мэниеру.

— Не забудь, что я тебе сказал асс'aру, — вернул мое внимание Ремарт на себя.

Что он еще может сделать со мной, кроме того, что уже сделал? Вывернул всю наизнанку, облив грязью своей похоти, сделав своей безвольной игрушкой.

— Неужели асс'aру обижена на меня?

Если бы у меня был бы сейчас нож я непременно бы всадила его в черное сердце исгара, но почему-то это желание растворилось мгновенно, когда с запоздание поняла, что Ремарт смотрел на меня снизу — кажется это не в его правилах? Я сжала губы испытывает полную сумятицу от своих слишком острых, слишком сумбурных, противоречивых чувств.

— Оставь меня в покое, — только и ответила, злясь на себя, что тлевшая ненависть во мне куда-то подевалась, когда она так была мне нужна.

— Не дразни меня маленькая лгунья, еще осталось одно местечко, где меня еще не было, — прозвучало более жестче.

Гад! Какой же гад. Захлебнулась от возмущения и жара, что окатили меня с головы до ног, вынуждая щекам запечь.

Он отошел и поднялась такая суета, что я на мгновение забылась, слыша выкрики команд Шеда. Я вертела головой выискивая Доната, хотя было ясно, что с ним все обошлось. И все же мне было необходимо убедиться в этом. Наконец, когда все были уже в седлах и тронулись в путь, я заметила молодого стража. Донат с достоинством воина держался в седле чуть ли не в последних рядах.