Пока руки связаны впереди и дают ложную надежду на спасение, меня постоянно одолевают шальные мысли: “Как прихлопнуть гада и свалить?”
— Не боишься, Курсант? — в лоб выдал Гоша.
— Не боятся только дураки, — спокойно ответил я.
— Верно, — кивнул катала. — На дурака ты не похож. Сам во всем признаешься или мои люди поговорят с тобой? С пристрастием.
— В чем признаться? — лучшая защита, это нападение, — В том, что ты людей обуваешь в подпольном казино? В том, что я выиграл “у тебя” лишнюю сотку и шулера подсадного спалил? Так это ты уже наверняка сто раз компенсировал новой выручкой.
Подстриженные брови Гоши поползли на лоб. Он отставил бокал. Потом снова подхватил его. Залпом опустошил (кто ж так коньяк-виски хлебает? Вандал) и злобно прошипел:
— Дурака валяешь? Сучонок! Что мне твоя сотка? Говори, тварь… Это был ты?…
Тонкие губы каталы тряслись. Казалось, он готов был вцепиться зубами мне в горло. Чем же я его так обидел? Что он пошел на похищение человека. Причем работника УВД. Хоть и вольнонаемного.
— Скажи прямо! — мои глаза сузились, — что за шарада? В чем ко мне предъява? В том, что твоих отморозков ни с чем оставил, когда они меня на перо хотели посадить? Так сам виноват.
Гоша опешил. Плеснул себе еще напитка. Хлобыстнул. Занюхал пушистым рукавом халата. Кашлянул и снова впился в меня рентгеновским взглядом:
— Я никого к тебе не подсылал… Что несешь?.. Говори! Ты ее убил?!
— Кого? — только сейчас до меня дошло, что Гоше от меня надо.
Твою ж мать! Он думает, что я убил Зину? Вот это расклад… Как он вообще узнал, что мы с ней встречались? Это было всего раз… И какого хрена он чешет, что не подсылал ко мне бандюганов? В ту ночь, если бы у меня на хвосте не сидели конторские, вряд ли бы я выжил.
От этих мыслей в голове совсем все перепуталось. Так… Будем рассуждать логически. По-ментовски. На меня напали во дворе трое. Караулили весь день, хотели пришить. С какого перепугу я взял, что это Гошины подручные? Саныч сказал, что катала на меня обиделся, а ему однокашники-сидельцы об этом шепнули.
— Я не трогал твою дочь, — четко и спокойно проговорил я, будто учитель ребенку. — С чего ты вообще это взял?
— Ты был с ней! — Гоша вдруг на секунду потерял самообладание и взвизгнул. — У меня дома! Мой водитель забрал вас с фабрики, он узнал тебя.










