Прокашлявшись, я дотянулась до корочки хлеба и быстро поднесла ее к носу. Если не ошибаюсь, водку пьют именно так. Делают глоток и занюхивают корочкой хлеба. Перед глазами все поплыло, и чувство страха отступило. Что ж, в таком состоянии легче будет воспринимать происходящие события. Чужая дача, шкатулка, машина с трупом в багажнике, застреленная женщина в чулане… Если рассказать кому-нибудь – не поверят и отправят в психушку.

– Такая большая девочка вымахала, а водку пить не научилась.

– Я вообще не пью крепкие напитки. Я крепче вина ничего не пробовала.

– Послушайте, молодые люди, – заговорила Мила.

 – Мало того что вы нас неизвестно где держите, так еще начинаете спаивать. Где ваш начальник?! Я хочу получить объяснения по поводу нашего задержания и требую вернуть мой пистолет.

– Так говоришь, будто адвоката требуешь, – захихикал Сергей, – Ты не в ментовке, а перед тобой не мусора. Сегодня начальства не будет. Начальству тоже отдыхать положено. На то оно и начальство, чтобы все его ждали. Придется потерпеть!

– Нам некогда ждать. Нам уже давным-давно пора быть дома. У нас мужья, дети.

– Ты чо здесь вздумала из себя семейную строить?! – разозлился Саня.

 – Семейные бабы дома сидят, а не шарятся по чужим дачам. Серега, меня эта овца уже утомила. А ну-ка налей ей выпить!

– Я не пью, – прошипела разозленная подруга.

– А тебя никто и не спрашивает.

– Повторяю, я не пью.

– А я повторяю, что тебя никто не спрашивает.

Сергей протянул Миле стакан. Мила взяла стакан и, не раздумывая, выплеснула ему прямо в лицо.

– Ты с первого раза вообще ничего не понимаешь?! – крикнула она. – Я не пью водку и никогда пить не буду!

– Ах ты сука охранная… – Сергей вытер лицо.

 – Ты чо, думаешь, ты самая борзая?

Он нажал на курок. Щелкнул выстрел. Щелчок, который уносит жизнь и приносит ни с чем не сравнимое горе. Я застыла как парализованная, не веря в реальность происходящего. Остатки моих волос встали дыбом под париком. Мила тихонько всхлипнула и припала к окну. На ее правом плече показалась алая струйка крови, увеличивающаяся каждую секунду. Мила побледнела как смерть, но продолжала улыбаться…

– Серега, ты чо наделал?! – растерянно воскликнул Саня. – На хрен тебе это мокрое дело?

– Эта сука сама выпросила.

Я ей по-хорошему, а она артачится. Кто хочешь из себя выйдет. Жить будет, у нее просто плечо прострелено, зато теперь не будет выпендриваться.

Сергей взял бутылку, сделал несколько жадных глотков, потом швырнул ее в стену и захохотал. От этого чудовищного пьяного смеха я чуть не умерла от страха, но, заметив, что подруге стало хуже, я взяла себя в руки. Достав из кармана платок, я попыталась остановить кровь.

– Мила, господи, ты живая? Скажи, тебе больно? – бормотала я, тихонько всхлипывая.