Подсади меня!
Мужчина рассмеялся и поднялся с дивана. Аккуратно обхватил руками изящные колени блондинки и приподнял ее в воздух. Теперь аппетитная попка прижималась к самому лицу, что невероятно дразнило. Дождавшись, пока шуршание в ветвях елки утихнет, Рен не удержался и легонько прикусил круглую ягодицу. Сверху тут же раздалось притворно-возмущенное восклицание:
- Ах ты! Не кусайся! Вот я тебя!..
Он притворился, что с рычанием поедает юбку, и принялся с наслаждением прикусывать нежную кожу. Рычание перемешалось с заливистым смехом, мельканием кулачков в тщетных попытках отбиться и звоном игрушек на зеленых ветках.
- Негодник! Ну-ка отпусти!
- Вот я тебе задам! Елку завалим! Отпусти!
Рен сделал шаг назад, и, хохоча, оба повалились на диван.
Элли оказалась целиком распластавшийся на любимом, который в этот момент улыбался во весь рот.
- Вот ведь какой! - Маленькие кулачки вдоволь поколотились о широкую грудь, после чего были аккуратно сграбастаны и отведены за спину сильными мужскими руками.
- Т-с-с-с-с, моя нимфа. Нечего дразнить попкой с близкого расстояния, я ведь не железный.
Элли к тому времени приняла вертикальное положение и теперь сидела на коленях откинувшегося на спинку дивана Рена, хитрыми глазами вглядываясь в его лицо. Расслабленное и в то же время хищное как, впрочем, и всегда. Несколько раз поерзав вперед-назад, она смешливо и довольно уверенно заявила:
- А по-моему, очень даже железный.
- Не смей, - угрожающе предупредил Декстер. - Еще раз так поерзаешь...
- И что случится?
Элли намеренно поерзала еще. А затем еще. Медленно потерлась в различных направлениях о вдавившийся в промежность бугор. Высвободила руки, наклонилась к любимому мужскому лицу и провела пальчиками по темной щетине. Cеро-голубые глаза прищурились, губы дрогнули в соблазнительной улыбке.
- Ты знаешь, что будет. И мне плевать, что ты уже переоделась для праздника и уложила волосы. Потом будешь заниматься этим еще раз.
Эллион мягко обвила руками мощную шею и поцеловала самые вкусные, самые притягательные на свете мужские губы. После чего отстранилась и прошептала:
- Ну, зачем же переодеваться и укладывать заново. Можно ведь потихоньку, осторожно...
- Осторожно, это вот так?
Теплые ладони шаловливо прошлись по ягодицам, юбка, будто сама собой, задралась до талии. Элли жарко выдохнула и приподнялась на коленях; снизу послышался звук расстегиваемой ширинки. Кружевная ткань трусиков отошла в сторону, а в самую чувствительную точку, вокруг которой все начало сочиться влагой еще во время "потирания" о джинсы, вжалась горячая бархатная головка.
- Ох... - сладкое дыхание пощекотало Рену висок.
Его. Горячая, готовая, обожаемая, самая сладкая женщина.
