— Она оглядывается на меня, убирая прядь волос с глаз. — Твоя жена. Она казалась… интересной. Красивая, но странная пара для тебя. Основываясь практически ни на чем, кроме твоей внешности и слухов, конечно.

Ухмыляясь, я киваю один раз.

— В этом ты не ошибаешься.

Мы сидим в дружеской тишине несколько мгновений, прежде чем, наконец, это становится слишком, даже для меня.

— Что ты все еще делаешь на острове, Вайолет?

Ее пальцы сжимают кулон с подсолнухом, висящий у нее на шее, и она вздыхает.

— Честно говоря, я понятия не имею. Думаю, именно поэтому я пришла найти тебя сегодня, потому что каждый раз, когда ухожу, я ловлю себя на том, что возвращаюсь и стою перед твоим дурацким баром, желая зайти и поговорить.

— Ты часто летаешь в Аплану?

— У родителей моего лучшего друга много миль для часто летающих пассажиров, так что я ими пользуюсь. Он из тех людей, которые даже не замечают, понимаешь?

Я просто смотрю на нее, и она кивает.

— Хорошо, ты знаешь. — Прочищая горло, она пододвигается к концу своего места. — В любом случае, я хотела найти тебя, потому что мне было плохо из-за того, как я вела себя весной. Ты всего лишь пыталась помочь, и я не должна была быть такой сукой. Просто… деньги — довольно щекотливая тема.

— Обычно так и есть.

— И я… извини, что сейчас я не в том состоянии, когда мы могли бы… познакомьтесь поближе друг с другом. Семья — это просто…

— Щекотливая тема. — Я поднимаю руку, останавливая ее, прежде чем нож вонзится прямо мне в грудь. — Я понимаю, Вайолет.

Ни один из нас больше ничего не говорит в течение нескольких секунд, а затем она поднимается на ноги, заправляя косы за уши.

— Хорошо. В любом случае, это все, что я хотела сказать. Твердо верю в извинения, даже если они задевают твою гордость.

Она начинает выходить со двора, с прощаясь, когда другой, совершенно другой голос прорезает воздух, заставляя ее замереть на месте.

— Что это, черт возьми, такое?

Сестра Кэла выглядит как олень, попавший в свет фар, когда мой голос разносится по заднему двору, и я испытываю мгновенное удовлетворение от того факта, что, похоже, на моей стороне преимущество неожиданности.

Затем бросаю взгляд на Кэла, который небрежно сидит в своем кресле, даже не удостоив меня взглядом, как будто мое возвращение его не впечатлило и не шокировало.

Удовлетворение исчезает, и его место занимает гнев, толкая меня по траве, пока я не оказываюсь прямо перед ним. Сунув ему в лицо конверт из плотной бумаги, я кладу руку на бедро и снова задаю свой вопрос.

— Кэллум. Что это, черт возьми, такое?

Он смотрит на конверт, затем на меня, эти темные глаза стратегически лишены каких-либо эмоций.

— Похоже на конверт, Елена.