"

"Потом пошли нескончаемые поздравления от гостей. Огромное количество подарков, которые гости везли со всех восьми секторов. Одни поздравления мы выслушивали часов пять. Это при том, что поздравления не были сильно витиеватыми на мою радость. Мужья подменили нас, когда я уже готова была взвыть, так как сильно хотела есть. Только мы смогли скрыться от гостей, как стало понятно, что все про нас подзабыли. Старейшины дали нам отмашку, что можно улететь и отдохнуть. Все-таки это наша первая брачная ночь, а не дуэль с обществом на выживание.

Уже в шаттле Элимас снял с меня туфли и осторожно стал разминать ноги.

При этом он ласково поглаживал их, поднимаясь каждый раз все выше и выше к бедрам. Каждое его прикосновение было пропитано нежностью и любовью. В нем не было сексуально притягательной силы Зака, крышесносной страсти Дэрока и Уриха, или полной отдачи себя женщине как у Ларэна и Элика. У него было что-то свое, исключительное, но при этом такое родное, что хотелось полностью в нем раствориться. Как мы долетели, я не заметила, была слишком поглощена его ласками.

Вынырнула только когда почувствовала, как мое платье куда-то вниз поползло.

А вот сам Элимас уже стоял передо мной полностью обнаженный. Его тело не было таким же крупным и спортивным как у остальных. Он был по юношески худоват и узковат в развороте плеч.

Он смотрел мне в глаза, я почувствовала, как он осторожно пытается проникнуть в мое сознание. Он не пытался это сделать грубо или тайно, он делал осторожно и так, чтобы я заметила и пустила его сама. Решение пускать или нет, я принимала не долго. А когда пустила, поняла, в чем сложность в обряде с элохаем.

Все мысли и действия, которые были сделаны тобой, как бы раздваиваясь, перетекали в него.

С этого момента он знает о тебе абсолютно все. Больше ты никогда не сможешь спрятать от него ни мысли, ни чувства. Это было очень неожиданно, но успокаивало, что и он не мог ничего спрятать от меня.

— Жалеешь? — с какой-то затаенной надеждой и страхом спросил меня.

— Нет, мне нечего скрывать от тебя, и очень хотелось, чтобы этого не пришлось бы никогда делать.

Ответом мне стал очень долгий и нежный поцелуй, который продолжился уже на кровати. Все его касания были чем-то невообразимым, так как чувствовала я теперь за двоих, как и он.

Наши нервы были накалены до предела. По моим ногам от простых его ласк уже потекла смазка. Желания ждать дальше у меня не было. Когда он, наконец-то, проник в меня, в моей голове будто салют взорвался. Он двигался очень медленно, а я захлебывалась эмоциями и стонами. Все тело била мелкая дрожь, будто по нему проходили электрические разряды и уходили в Элимаса, а потом снова обратно. Сказать, что это был оргазм, это ничего не сказать. Это бы ОРГАЗЗЗЗЗЗММММ.