Еще восемнадцать сосновых хлыстов лишились своих толстых комлевых частей, перейдя из первой во вторую категорию. Больше ничего Сергей Петрович сделать просто не успел – раздался сигнал на обед, да и желудок тоже настоятельно советовал ему пойти и подкрепиться, тем более что молодежная бригада Лизы к тому времени уже закончила свое грязное дело со штукатуркой наружных стен цеха и убежала мыться на речку; и это напомнило Петровичу о том, что вопрос постройки бани встанет ребром уже в самое ближайшее время, когда такие вот купания в реке станут невозможными.

Перед обедом Ляля, как и обещала, устроила демонстрацию женских мод осеннего сезона на этот год. За основу костюма из обработанной по методу геолога мягкой сыромятной кожи, конечно, были взяты не местные примитивные фасоны, а конструкция брючного костюма из будущего – конечно, с поправкой на материал. У Петровича, собственно, была куртка из натуральной кожи, и он вполне себе представлял, сколько будет весить такой костюм.

Началось все с того, что Ляля вытолкнула вперед двух смущающихся девочек-полуафриканок, одетых в новые, только что пошитые костюмы, состоявшие из замшевых относительно тонких, штанов, и более грубой и тяжелой свободной куртки до середины бедра, с глубоким запахом, отложным меховым воротником и накладными карманами. В отличие от штанов, на которые пошла побритая шкура лани, куртки были пошиты из шкуры оленя мехом внутрь. После удаления мездры и обработки золой и жиром поверхность кожи приобрела теплый темно-желтый, почти коричневый цвет – посветлее у куртки и потемнее у штанов. И куртка и штаны застегивались пуговицами-цурками на накладные петли из сыромятных шнурков. Заставив девочек несколько раз повернуться вокруг своей оси, чтобы присутствующие смогли полюбоваться на их наряд со всех сторон, Ляля попросила их снять с себя куртки. Девочки послушно начали расстегивать пуговицы, с непривычки путаясь в петлях. Под куртками оказались заправленные в штаны свободные замшевые майки-безрукавки, а у Футирэ-Фриды еще и довольно объемистый животик, примерно так на пятом месяце. Все впечатление от их внешнего вида портили только летние босоножки-сабо, никак не вязавшиеся с такими костюмами.

Сергей Петрович взял у Куитрэ-Кали куртку и взвесил ее на своей руке. Куртка весила килограмма три, не меньше. Да уж, не болонья. Хотя поверхность кожи мягкая и довольно приятная на ощупь.

– Годится, Петрович? – спросила у него Ляля.

– Годится, Лялечка, – одобрил тот, – ты молодец. Майку ты придумала?

– Да. Я подумала, что скоро наступит такое время, когда даже днем в летнем комплекте будет уже холодно, а в куртке еще жарко.

Девушка была необычайно довольна собой, и теперь ждала одобрения от супруга.