Сходились-расходились, но с кем не бывает, правда? Я боялся, что эта полоумная бабка откроет тебе глаза на нашу маленькую авантюру — пару раз она засекала нас с шалящими в ванной, но, к счастью, наравне со слабоумием она страдает ещё и маразмом. Лада тоже приезжая, устала жить в нищете, она как и ты мечтает жить у моря, к тому же наш сын заслуживает жизни получше. Так что не обессудь, трат предстоит много, свою долю ты не получишь.
Постанывая, к перрону медленно останавливаясь, подъехал поезд.
— Мой тебе совет, Ева — не ищи меня. Просто забудь, так будет лучше для всех нас и тем более для тебя. Прощай, — развернувшись, Оскар чеканя шаг присоединился к семье и они по очереди забрались в спящий вагон.
Ева словно приросла к мёрзлому асфальту. В голове — пустота. Она видела, как по слабоосвещённому тамбуру они гуськом пробирались к своему купе, видела, как Лада заняла место у окна, о чём-то переговариваясь с мальчишкой.
Спустя пару минут с шипением закрылись двери и поезд плавно тронулся, увозя от неё несколько миллионов долларов.
На прощание Оскар выглянул в окно и с улыбкой помахал ей рукой. Этот его жест… такая издёвка. Именно он, а не факт кражи, перевернул всё в распотрошенной неожиданным предательством душе.
Ева как сомнамбула развернулась на каблуках и, смотря перед собой невидящим взглядом, пошла к воротам вокзала. Ей было всё равно и на падающий хлопьями в лицо снег, и на собачий холод, пробирающий до самых костей.
Она снова осталась совсем одна — без денег, без связей и без вещей. Только теперь ей точно некуда вернуться — Омаров мёртв. И мёртв по её вине.
Это кара Господня, не иначе. Настал момент расплаты, и в одночасье она лишилась всего.
А может, плюнуть на всё и сдать Оскара полиции? Пусть она сядет тоже, пусть, но зато и он ничего не получит! Это будет самая лучшая месть! Ева сжала кулаки и тут же в бессилии разжала. Конечно, всё это полная чушь. Она не настолько смелая и отчаянная, а вернее, она просто глупая трусиха, которая ценит свою шкуру больше, чем свою гордость.
Несколько месяцев назад она знатно облажалась и теперь осталась ни с чем. Хотя нет, кое-что всё-таки осталось — это цель отомстить Оскару. Подумать способ и жестоко отомстить. Сделать ему нестерпимо больно, унизить его, растоптать, лишить всего.
Сделать всё то, что сделал с ней он.
Выйдя за ворота вокзала, Ева бессмысленно поплелась куда глядят глаза. Зуб не попадал на зуб, челюсть болела от пощёчины, а глаза щипало от разъедающей соли.
Ну уж нет, не будет она из-за него рыдать, ещё чего! Резко смахнув слёзы рукавом, втянула носом морозный воздух. Растоптал ли он её своим поступком? Может быть. Но Ева Миллас так просто никогда не сдаётся.
