Ее бедра покачивались как груши на тонком черенке талии, а смуглые ноги без чулок приятно работали под клетчатой юбкой. Я дал ей пройти остальную часть квартала, потом последовал за ней, рывками передвигаясь от стоянки до стоянки. Во втором квартале я остановился перед остовом будущей церкви, в третьем возле зала для игры в пул, где молодые негры, азиаты и мексиканцы толпились у зеленого стола. В четвертом – у красной кирпичной школы на желтой безлюдной площадке для игр. Люси торопливо шла дальше к востоку.

Дорога перешла из асфальтовой в проселочную, тротуар исчез.

Люси умело прокладывала себе путь среди групп детей, которые бегали, сидели и валялись в пыли, она шла мимо домов с разбитыми окнами, заделанными картоном, и корявыми облупившимися дверями или вообще без дверей. В ярком фотогеничном свете ветхость домов приобретала строгость чистоты и красоты, подобно лицам старых людей под солнцем. Их крыши осели, стены наклонились, словно усталые люди, и у них были свои голоса: скорбящие, болтливые и поющие. Дети в пыли играли в шумные игры.

На двенадцатом перекрестке Люси сошла с Гидальго-стрит и направилась к северу вдоль зеленой живой изгороди бейсбольного парка.

Пройдя квартал, она снова повернула на восток, но уже по улице другого типа. Это была замощенная улица с тротуаром и небольшими зелеными газонами перед маленькими крепкими домами. Я остановился на углу, полускрытый подстриженной изгородью, обрамлявшей угловой участок. На табличке стояло название улицы: «Мезон-стрит».

Примерно в середине квартала, под перцовым деревом, напротив белого бунгало стоял потрепанный зеленый «форд». Молодой негр в зеленом купальном костюме надраивал его.

Парень был очень крупный и на вид сильный. Даже на расстоянии в полквартала я видел, как перекатываются мускулы на его блестящих черных руках. Девушка направилась к нему через улицу, и ее походка стала более медленной и грациозной.

Заметив ее, он улыбнулся и пустил в ее направлении струю воды из шланга. Она хихикнула и побежала к нему, оставив всю свою важность. Он выстрелил струей воды прямо в дерево и рассмеялся так, словно выплеснул кувшин смеха. Звук его достиг моих ушей на полсекунды позже. Сбросив туфли, Люси побежала вокруг машины, на шаг впереди его миниатюрного дождя.

Он бросил шланг и помчался за ней.

Люси снова появилась на моей стороне и схватила шланг. Когда он вынырнул из-за машины, Люси направила светлую струю прямо ему в лицо. Смеясь и захлебываясь, он подбежал к ней и вырвал у нее шланг. Их смех слился.

Стоя лицом к лицу на зеленой траве, они держались за руки. Вдруг их смех оборвался и перцовое дерево укрыло их своим зеленым молчанием. Вода, бегущая из шланга, пузырилась и сверкала в траве.

Хлопнула дверь.