– Это моя лучшая подруга, её зовут Катя, пап! – щебетала Лера, а мы с Марком безотрывно смотрели друг на друга. – Кать, это мой папа, Марк Александрович.
– Приятно познакомиться, – сказала я, снова при нём изображая вежливость.
– И мне, Катя, – он выделил моё имя интонацией.
– Ну что же, – он вдруг обнял нас обеих за талии, и меня окутало его запахом, – идём обедать.
– Пап, не смущай Катю, она стеснительная! – рассмеялась Лера, должно быть заметив, что мои щёки стали цвета летнего заката.
– Стеснительная, – повторил он, будто пробуя это слово на вкус. – Да, я заметил.
Хостес проводила нас к круглому столику на веранде, заставленной цветами. Официант принёс меню. Я даже открывать его не стала.
– Положусь на твой вкус, – стрельнула в Леру глазами.
– Ты будешь удивлена.
– Куда же ещё больше? – пробурчала я.
Я старалась не смотреть на Марка, а вот он не стесняясь меня рассматривал, откинувшись на спинку кресла.
– Как я понимаю, вы вместе учитесь? – спросил он, когда официант унёс меню.
– Да, мы из одной группы, – ответила Лера. – Катя на бесплатном.
– И чем же вы занимаетесь в свободное от учёбы время? – спросил Марк, обращаясь ко мне.
Я сжала губы, не желая оправдываться, ведь он явно намекал на то, что я работаю в эскорт-агентстве! Но ведь он уже понял, что это не правда. Или не понял?
– Катя – мастер-маникюра.
– Маникюр, значит. И много денег приносит такая работа? – насмешливо спросил Марк.
– Пап! – Лера стукнула отца в отчётливо выделяющийся под коротким рукавом футболки бицепс.
– Ничего, – прервала я её. – Денег приносит немного, но мне повезло подружиться с Олей, которая пустила меня пожить в свою квартиру на льготных условиях, поэтому на еду и учебники хватает.
– Вот значит как, – подытожил Марк. – За какие такие заслуги она вас пустила в свою квартиру?
– Папа! – снова вспыхнула Лера, в своей яростной версии став очень похожей на отца.
– Да просто есть в мире хорошие люди, – самодовольно ответила я, подняв одну бровь.
– И они обычно улыбаются, когда всаживают в спину нож, – сказал Марк.
Его слова заставили меня внутренне сжаться. Он намекнул на то, что Оля впутывает меня в свою работу?
– Пап, ты сегодня чересчур агрессивный, – сказала Лера.
– Да, Лерунчик, извини меня, – повернулся Марк к дочери.
В его глазах было столько теплоты, что я расслабилась.
– Знаю, как ты можешь загладить вину, – улыбнулась Лера.
Марк тоже улыбнулся ей, очевидно, понимая, что дочь пытается им манипулировать, и позволяя ей это.
– У нас с Катей намечается практика, и мы обе ещё не нашли место отработки. Оформи нас к себе в какой-нибудь отдел! Мы всё подготовим и за тебя напишем, а ты только печати поставь, – она закусила губу и смотрела на отца большими глазами.
