Поставил против своего имени единичку, потом глянул на жену, и против ее имени тоже появилась единичка. Несколько мгновений ушло на размышления, потом против каждой единицы появился нолик. Филипп Павлович некоторое время разглядывал написанное, результат явно не укладывался в его стройную теорию... В конце концов, он плюнул, зачеркнул все, потом написал против каждого имени по десятке, поделенной на два. Уткнулся носом в сцепленные ладони и со вздохом признал: теорию надо дорабатывать.