Когда я обращаюсь к ней, сестра откладывает красный карандаш и раздраженно переводит на меня взгляд.
— Что? — недовольно спрашивает она.
— Я только спросила, над чем ты работаешь.
— Сейчас я ни над чем не работаю. Потому что ты меня отвлекаешь.
— Прости, — я слегка вздрагиваю от такой резкой реакции. — Но все-таки, что это?
Риона вздыхает и смотрит на меня с выражением, в котором читается «ты все равно не поймешь ни слова из того, что я скажу». Я же пытаюсь сделать умное лицо.
Если бы моя сестра хоть иногда улыбалась, она была бы настоящей красавицей. У нее белая мраморная кожа, прекрасные зеленые глаза и губы, накрашенные под цвет ее каштаново-рыжих волос. К сожалению, при всем этом ей достался характер питбуля. И вовсе не миленького питбуля, а такого, которого натренировали при любой схватке сразу вгрызаться в глотку.
— Ты в курсе, что мы владеем инвестиционной компанией? — спрашивает Риона.
— Одним из способов прогнозирования тенденций на публичных торгах является использование данных о геолокации, полученных из приложений для смартфонов. Мы закупаем данные оптом, затем анализируем их с помощью алгоритмов. Однако, в соответствии с новыми законами о конфиденциальности и безопасности, некоторые из наших прошлых покупок данных тщательно проверяются. Поэтому я поддерживаю связь с Комиссией по ценным бумагам и биржам, чтобы убедиться…
Она прерывается, заметив на моем лице выражение полного непонимания.
— Не важно, — говорит сестра, снова хватаясь за карандаш.
— Нет, это звучит действительно… Я имею в виду, это очень важно, так что здорово, что ты…
Я запинаюсь, как последняя идиотка.
— Все нормально, — прерывает меня Риона. — Тебе и не нужно в это вникать. Это моя работа.
Хотя она и не произносит этого прямо, но в ее словах явно слышится, что для меня нет места в империи Гриффинов.
— Что ж, рада поболтать, — говорю я.
Риона не отвечает. Она уже снова погрузилась в работу.
Я беру еще один кусочек поджаренного бекона на дорожку.
Когда я надеваю сумку, на кухню заходит моя мать. Ее светлое каре причесано так гладко, что выглядит практически как парик, хотя я знаю, что это не так. На ней костюм от Chanel, бриллиантовое кольцо моей бабушки и часы Patek Philippe, которые мой отец подарил ей на прошлый день рождения. Все это означает, что она либо идет на заседание благотворительного совета, либо сопровождает папу на какой-нибудь деловой обед.
Отец идет следом, одетый в идеально сшитый костюм-тройку. Очки в роговой оправе придают ему солидный вид. Его седеющие волосы все еще густые и волнистые, и он выглядит красивым и подтянутым. Мои родители поженились молодыми, и им до сих пор не дашь пятидесяти, хотя именно к своему юбилею мама и получила в подарок эти часы.
