Эрик хотя бы мог спустить пар, шинкуя ледоходцев, а мы с тобой торчали в тонтеровом Огонасе.
Ледоходцы? Мне стало не по себе. До более южной части страны они никогда не доходили, поэтому я с ними и не сталкивалась. Только страшные истории слышала. Но кто в Даларане их не слышал? Хотя мама всегда говорила, что всё это преувеличения. Так она из южан, какое им дело до ледоходцев?
— Что ты планируешь сделать после того, как мы освободим Рею? — после долгой паузы спросил брата Томин.
Ийнар стиснул челюсти и процедил:
— Выпорю. Расцелую, потом ещё раз выпорю. И выпорю третий раз за эту блажь с Эриком.
— Малышка знала, что если ты получишь информацию, то к нему уже не пойдёшь. А ей, видимо, вы оба нужны. Согласись, неплохо она разыграла карты, умудряясь быть кукловодом даже из плена. В этом вся наша Рея. Кстати, ты не думал, что она отправила ларду Амелию к Эрику из-за ауры?
— Что не так с её аурой?
В экипаже повисла тишина, а мои щёки налились румянцем из-за того, что я почувствовала на себе оба взгляда.
— Подслушиваем, ларда Амелия? — раздался весёлый голос Томина.
— Скорее стараемся уснуть, не смотря на громкие обстоятельства, — я открыла глаза и посмотрела на обоих братьев по очереди. — Что не так с моей аурой?
— Всё так, просто она очень редкая, — улыбнулся Томин.
— Какое это имеет значение?
— Для магов — огромное. Я до сих пор не представляю, в каком захолустье вы должны были вырасти, что с такой аурой и такой невероятной внешностью вы до сих пор не замужем или хотя бы не помолвлены, — Томин улыбнулся, и около глаз собрались тонкие морщинки, свидетельствующие о том, что из двоих братьев старший всё-таки он.
— Спасибо, лард Итлес, но у меня нет матримониальных планов. Точнее есть план не связывать себя узами брака с кем бы то ни было, — твёрдо сказала я.
Подташнивало от одной мысли, что я буду навсегда связана с каким-то незнакомцем, который может поначалу выглядеть милым и учтивым, а спустя пару месяцев после брачного обряда покажет свои истинные цвета. Синвер тоже умел обаять окружающих и далеко не сразу обнажал свой оскал. Насколько можно было судить, он — типичный представитель последнего поколения аристократов, жестоких, себялюбивых и наглых. А выйти замуж за простолюдина мне с титулом эрцегини никто не позволит. Была бы я каронессой — дело другое. Низшим титулам простителен мезальянс, особенно если сочетаться браком с деньгами. Это не осуждается. Но не эрцегам и тем более не эрцегам с такими обширными землями, как наши. И никого не волнует, что за последние годы земли оскудели и не дают урожая, а звери словно нарочно покидают леса, и даже рыбы в реках стало мало.
