Женщина осталась довольна произведенным впечатлением.
— Вернуть своего мужчину, — заявляет она. — Судя по его состоянию и настроению, с тобой Захар не получает нужных эмоций. Я не удивлена! Что может дать необученная, неподготовленная малолетка сильному доминанту?
— Уходи! Папы нет дома! — встревает Рита, которая все еще находится здесь. Хорошо, что последние слова Ника сказала достаточно тихо, чтобы ребенок их не услышал.
— Иди к себе, — прошу ее, но та и не собирается двигаться с места упрямо уставившись на нас обеих. — Ольга Петровна! — кричу снизу, чтобы не оставлять Риту одну с этой стервой.
— Что такое? — слышится с лестницы через пару минут. Все это время мы с Никой молча сверлим друг друга глазами. — Ой, — вздыхает няня, увидев нашу гостью. — А Захар знает, что ты здесь? — строго говорит женщина. — Он запретил тебе появляться в этом доме!
— Заберите Риту, — прошу ее.
— Ася, он не разрешает ей… — но я не дала договорить.
— Я прошу вас! Заберите Риту! — меня изнутри потряхивает от этой ситуации. Не разрешает он! Проняла. Услышала. А что мне, легче от этого что ли? Захар опять с раннего утра весь в делах. Ему не до нас, да и силком же ее не выгнать. Мне, так уж точно.
Как только сопротивляющегося ребенка смогли увести, я решила продолжить разговор, не отвечая на оскорбления. Это слишком низко для моего воспитания и происхождения. Вздернув подбородок выше, не отвела взгляда от бывшей любовницы Захара.
— И чего же ты хочешь? — спрашиваю, добавив в голос некоторого пренебрежения, хотя это дается с огромным трудом. — Значит ты не так уж хороша, раз мой будущий муж отверг тебя. Не находишь?
— Зубки показываешь? — хмыкнула Ника. — Ну-ну. Не боишься, что он тебе их выбьет за подобную дерзость? — эти слова хлестко ударили прямо в меня, но я не зря провела столько вечеров в так называемом светском обществе.
— А тебе то что? — натягиваю улыбку. — За меня переживаешь?
— Дура! — шипит эта тигрица. — Ты ни черта не знаешь о нем! О его желаниях, о его предпочтениях. О том, каков Громов настоящий, без всей этой шелухи. Ты не справишься с ним. Он мой. Только мой!
— Да ладно? — от его тона кровь застыла в жилах.
— Мой господин, — Ника падает на колени, опускает голову и больше не говорит ни слова. Я же стою на месте. Меня начинает трясти уже заметно и для окружающих. В горле мерзкий ком, но я ни за что не буду сейчас плакать. Обойдется!
— Кто позволил тебе здесь появляться? — Захар даже не смотрит в мою сторону. Его взгляд направлен строго на красивую, фигуристую Нику, стоящую в самой покорной позе.
— Я всего лишь хотела увидеть вас еще раз, мой господин, — в голосе урчащие нотки, явно пытающиеся его соблазнить. Только эффект оказывается обратным. Он злится еще больше.
