Как ей идет вновь закусанная нижняя губа. Как идет моей девочке сам оргазм.
Отстегнул ее. Ася просто сползла на пол не в силах держаться на ногах. Да! Да, черт возьми! Я доволен…
А рано утром мне позвонили.
— Доброе утро, Захар Евгеньевич. — голос следователя в трубке раздался в семь утра. — Извините, что так рано, но вы просили звонить, если…
— Что?! — тут же подскакиваю с кровати упираясь ладонью в стену, дабы не упасть от резкого подъема, заставившего несчастную голову дико кружиться. Ася недовольно поморщилась, открыв глаза.
— Приезжайте, есть информация, — говорит мужчина.
— Понял, скоро буду, — обрываю связь. — Спи, — быстро целую малышку, собираюсь и мчусь на встречу со следаком проскакивая везде без пробок.
Выскакивая из машины, проваливаюсь в сугроб по самую кромку ботинок.
— Черт! Ну кто так снег убирает?! — оглядываюсь по сторонам в поисках создателя этой не особенно чистой кучи. Так и не найдя нужный объект отряхиваю штаны, стучу тяжелыми ботинками по тротуарной плитке, чтобы сбросить с обуви налипшую пакость.
Возле отделения стоит иномарка Миронова. Это утро не перестает меня удивлять. Страшно представить, что будет дальше. Но сжав ягодицы я открываю скрипучую дверь. В темном коридоре никто не додумался включить свет. Благо, из приоткрытой двери, где слышен тихий мужской разговор, прорывается хоть какое-то освещение.
— Доброе утро, — вхожу не постучавшись. — У вас дефицит лампочек или экономите электричество? — усмехнувшись здороваюсь за руки с каждым из присутствующих.
— Да рано еще, — отмахивается следователь. — Нет никого. А нам вроде и так все видно, — смеется мужчина. — Присаживайтесь. Новости не для стоячих.
— Так не томите, — беру стул усаживаясь на него верхом, уложив руки на спинку.
— Захар Евгеньевич, кофе хотите? — тянет с ответом следак. Миронов вообще молчит, копаясь в телефоне.
— Нет, спасибо. Мне бы понять, на кой хрен я ехал в такую рань в это захолустье, — внимательно изучаю непроницаемое лицо местной власти.
— Захар, — Валентин Алексеевич, отрывается от гаджета. — Мой сын хоть и раздолбай редкостный, но все же сын, потому я напряг все свои связи и мне оперативно предоставили очень интересную информацию. Осталось ее проверить, но это уже, как говорится, дело следствия. Держи, — мужчина протягивает мне мобильник. — Ты полистай, там много. Скажу тебе честно, сам охренел, — говорит он, видя недоумение в моих глазах.
— Этого не может быть… — поднимаю взгляд на притихших мужчин. — ЭТОГО ПРОСТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!! — встаю, с грохотом опрокидывая стул на пол. Меня трясет так, что перед глазами темнеет. Резко перестало хватать воздуха. Подошел к окну, приоткрыл форточку, сделал глубокий вдох.
