Амир остановился, с мрачной решимостью в глазах, молча притянул меня к себе и, несмотря на мое сопротивление и крики, поцеловал.
Этот взрослый поцелуй совсем не похож на тот, детский. В этот поцелуй Амир вложил страсть, настоящую, сильную. Император прижимает меня к себе все крепче, и целует все требовательнее, ломая мое сопротивление и волю. Я в диком бешенстве, но сам поцелуй мне нравится. Не может не нравится.
Когда Амир наконец отпустил меня из своей железной хватки, от души врезала мужчине кулаком сначала в живот, а когда тот инстинктивно согнулся, добавила еще и в лицо.
Теперь рука болит. Зато императорские подданые будут теперь гадать и обсуждать, откуда у их чудесного императора фингал под глазом.
— Зачем? — гневно спрашиваю.
— Только потеряв, я понял, кто мне по настоящему был важен и нужен, — с грустной улыбкой на лице, признался Амир. — И только после того, как ты безвозратно пропала из моей жизни, оценил весь масштаб катастрофы. Вместе с тобой словно ушла и моя жизнь, и сейчас я очень рад, что ты вернулась. А если ты о поцелуе, то это я решил доказать тебе, что по прошлому нашему поцелую судить о нашей совместимости не стоит. Тогда я нарочно сделал все, чтобы тебе не понравилось. Был юн, глуп и не хотел терять свободу.
Амир сделал шаг в мою сторону, и я тут же отпрянула.
— А еще, — продолжил император. — Я считаю, что нужно хоть немного наверстать упущенное. Так что как насчет еще одного поцелуя?
По моим щекам покатились первые слезы.
— Ай, ты что? — Амир идет в мою сторону, но я отхожу от него.
— Я не узнаю тебя Амир. Ты уже не тот мой друг, которого я знала раньше. Мой друг ни за что не позволил бы себе то, что сделал сейчас ты.
— Айрелин, а что я себе такого позволил? — император все наступает. — Поцеловал любимую и дорогую мне девушку?
— Без ее разрешения. И девушка замужем.
— Муж — понятие относительное. Сегодня есть, а завтра нет. Что касаемо остального. Да, Ай, я изменился. И считаю, что свое счастье надо ловить и держать в руках. Все остальное, лишь условности, придуманные скучающим благополучным обществом. Здесь все уже не так. Здесь люди живут настоящим и по мере сил наслаждаются им.
— Дерзкий! Враг, — с горечью в душе, отдала команду своему четвероногому другу.
Пес тут же зарычал на Амира, вздыбил шерсть и встал передо мной, защищая. Император остановился.
— Враг, Айрелин? Враг?
— Точно, не друг, — холодно ответила я.
Кажется, Амир обиделся, его, ранее такие теплые внимательные голубые глаза словно заледенили.
— Ну, раз так, идемте дальше, Айрелин. Приношу вам свои глубокие извинения за этот поцелуй и ненужные вам откровения.
Колеблюсь, идти или нет дальше за императором. Амир извинился, но не сказал, что подобного больше не повториться, а это важно.
