Огонь их был так плотен, что о прямой атаке не могло быть и речи, и спасти положение могли только гранатометы, имеющиеся у Корнеева и Качалина.
Как бы в ответ на мысли Ираклия через минуту раздались два взрыва: гранатометчики поняли свою задачу, – и два пулемета на остриях лучей здания прекратили стрельбу. Затем в стенах соседних лучей образовались дымно-огненные фонтаны двух новых взрывов, в воздух полетели осколки бетона и стекла, умолк еще один пулемет. Ираклий, долго ловивший в перекрестие прицела трепещущий язычок пламени на дульном срезе пулемета на втором этаже, поливавшего пулями их позицию, спустил наконец курок «винтореза», и пулемет захлебнулся.
– Выносите и выводите детей. Я покажу, где они находятся.
– Сюрпризов не будет? – осведомился обстоятельный Качалин.
– Весь персонал «клиники» состоял из трех человек, – ответил Георгий, делая ударение на слове «состоял», и всем стало ясно, что внутри здания в живых остались только дети, подопытный «материал».
– Может быть, мы их погрузим в вертолет? – предложил Корнеев. – Пять минут лета – и они на свободе.
Словно в ответ на его слова с неба послышался приближавшийся рокот моторов, и над лесом показались идущие на бреющем полете вертолеты. Два из них сделали круг над островом и открыли ракетный огонь по лесу в районе взлетно-посадочной площадки, третий повернул к острову на озере Дивном, однако не долетел и развернулся, направляясь к «клинике».
– Легион! – сквозь зубы процедил Панкрат. – Они вызвали на подмогу ВВС Легиона.
– Вовремя мы оттуда смылись! – почесал в затылке Корнеев.
– Я отвлеку вертолет, – сказал Георгий. – Выводите детей.
Он бросился к автостоянке, завел «Газель», включил фары и выехал с площадки, направляясь по дороге в сторону озера.
Их встретили у выхода из тоннеля в ангар с упрятанной под землю резервной техникой, где стояли вертолеты, бронетранспортер и зенитная установка.
Электрокары они благоразумно оставили в полусотне метров от выхода из тоннеля, за его изгибом.










