Тогда людские силы лишатся управления. И секреты эльфов умрут вместе с ними. Да, это было бы прекрасно истребить их всех, но они не хотят умирать. Это их самый большой страх, Софи. Смерть.

Она сглотнула. Сегодня не одна Мелана чувствовала себя отступницей и предательницей. Софи всегда считала себя гуманисткой. Никогда не хотела никому вреда, а уж тем более смерти, но сейчас.

— Надоело бежать и прятаться как крысы. Не могу так жить! — она оглянулась. — Хочу весь мир! Дай мне весь мир, Линар!

Он смотрел на нее со странным восторгом, почти возбуждением.

— Теперь ты знаешь, каково это. Теперь-то ты, наконец, поняла мою боль. Я тоже хочу весь мир, Софи. И получу.

Они поцеловались и в этом поцелуе не было ни капельки возвышенной эльфийской нежности. Только напор, страсть и людская жадность.