Игнат так же обещал не ставить в известность моего грозного родителя.

Я со всеми проблемами справлюсь сама. Без вариантов.

Легкую дрему нарушил негромкий сигнал о входящем сообщении.

Я не хотела брать телефон в руку. Но любопытство оказалось сильнее.

Номер незнакомый, но и без подсказок поняла, абонент не ошибся адресатом.

С экрана моего телефона на меня смотрел Прохор. Он был не один. Женское лицо с профессиональным макияжем. И глаза, в которых плескался триумф и превосходство. Ее взгляд однозначно кричал: «Видишь этого красавчика? Он — мой!».

— Сука! — прошипела я.

Хотелось швырнуть гаджет в стену, чтобы хоть немного успокоить колотящееся сердце. Но, глубоко вздохнув, набрала короткий ответ: «Подавись!».

— Ракель, куколка, отлепись от нашего красавчика и беги к Веронике! — пропел Луи. — Она постарается из бледной моли сделать человека. И начнем отрабатывать групповые кадры.

Я бы поблагодарил приятеля, да все силы уходили на то, чтобы не придушить девку.

После съемок я прямиком направился в свою гримерку. Решил, что душ смогу принять и в гостинице, до которой идти несколько минут. И пока переодевался, по привычке не запер дверь. Оказалось, зря не запер.

Ракель вломилась прямо так, в своем «рабочем» наряде. Крохотное бикини и широкая улыбка.

— Свали на хрен! — отчеканил я, но девчонка вместо того, чтобы выполнить просьбу, принялся шлепать селфи.

А если учесть, что натянуть свитер я так и не успел, то фото получились весьма красочными. Полуголый я, в одних джинсах с не до конца застегнутым ремнем, почти голая она. Со стороны могло вполне показаться, что я раздеваюсь. Но все ведь иначе!

Больше, чем свое тело, Ракель любила свою страничку в соцсетях. И я точно знал, какая именно фотка появится в ее профиле уже через пару минут.

— Глория! — заорал я так, что стены гримерки задрожали.

Но мне было плевать, как все выглядит. Главное, чтобы Ракель не вколотила еще один гвоздь в крышку гроба моих отношениях с Русей.

Мой агент появилась мгновенно. Не обращая внимания на то, что сдавливаю запястье Ракель крепче, чем нужно, рявкнул:

— Хоть одна фотка появится в сети, и срать я хотел на все пункты договора!

Глория — одна из немногих, кто был в курсе истинного положения вещей. Знала о том, что я хотел сохранить брак. Знала, что я планирую завязать со съемками. Знала, что у меня в кармане уже лежал билет на самолет на ближайший рейс домой.

Да, домой. Потому что я именно сейчас, как никогда ясно, понял, что мой дом не там, где я вырос и где живет мой отец, а там, где находится моя женщина и мой ребенок. И плевать, если это место будет располагаться на самом краю географии!

Я отпахал почти пять суток без сна и перерыва на обед, задолбал Луи и его ребят, но свою часть договора выполнил раньше срока.