А сейчас договор, Иван Андреевич.
Безапелляционно заявляет. И мужчина кивает. Проходит вперед, прямо к столу, который находится по центру комнаты. Аккуратно ставит портфель и явно нажимает код, раздается щелчок, а у меня челюсть, если могла бы, наверное, упала бы в районе первого этажа.
Я такую систему безопасности разве что в фильмах видела, мне почему-то кажется, что по законам жанра сейчас мужчина вытащит оттуда какой-нибудь автомат, но оттуда извлекается лишь кипа бумаг.
Это не просто договор, а какой-то договорище…
– И все-таки я должен предупредить тебя, господин Князев. Ты можешь попасть на очень серьезную сумму. Потери будут несоизмеримы… Это риск… Большой риск, Олег… Твой несостоявшийся тесть будет вставлять палки в колеса и это все может перерасти в войну…
Адвокат снимает очки и теребит в руках, трет переносицу.
– Я настоятельно рекомендую воздержаться от поспешных и импульсивных решений…
– Они мне несвойственны, – лаконично отвечает Олег и я его не знаю, но отчего-то согласно киваю.
Есть такие люди – одного взгляда хватает, чтобы их масштаб ощутить. Мощь. Вот этот Князев действительно такой, настоящий князь…
– Послушай…
Пока адвокат говорит свою пламенную речь, я все больше поглядываю на дверь. Все прикидываю, как далеко могу убежать, но ситуация складывается совсем-совсем неутешительная.
Там за дверью явно охранники. Тут Князев, который сам похож на огромную монолитную стену…
Не прошмыгнуть мне мимо этого мужчины, скрутит за секунду…
– Я сейчас как друг говорю. Как твой преданный и верный друг… Поступись принципами, пойди на уступки…
Наконец, дядечка завершает свой долгий монолог, и я замечаю, как у него испарина на лбу выступает. Юрист достает шелковый платок и промокает взмокший лоб. В то время как Олег остается все таким же неприступным. Непоколебимым в принятых решениях.
– Я не иду на уступки. И я никогда не поступлюсь своими принципами. Решение принято и изменению не подлежит.
– У тебя сделка на носу, а тебе могут устроить заморозку счетов…
Эту реплику юриста Князев оставляет без ответа. Протягивает руку. Молча приказывает отдать ему бумаги. Иван Андреевич выдыхает и передает все же документы.
В тот же миг миллиардер пробегается по страничкам. Бросает на меня серьезный взгляд и тянется к внутреннему карману пиджака. У меня проскальзывает глупая надежда на то, что мне сейчас паспорт вернут, но вместо этого в руках олигарха оказывается именная ручка. Золотая.
Я же смотрю на Князева и наконец-то меня ударяет полностью осознанием, что он не шутит! Вот ни капельки!
Замираю на месте. Взгляд мечется к дверям.
– Иван Андреевич, ты пока свободен, – спокойный голос Князя бьет по нервам.
