Он с неодобрением взглянул на мистера Уиллоби, сделал шаг в сторону и понизил голос:

— Ей немного лучше, благодарю вас. Средства, которые вы прописали, очень помогли. Она гораздо спокойнее и теперь спит по ночам. Позвольте еще раз поблагодарить вас за доброе участие.

— Рада за нее. Надеюсь, что морское путешествие ей не повредит.

Мы расстались с обычными добрыми пожеланиями, после чего я и Уиллоби продолжили путь по Северной улице к дому Джареда.

— Преподобный значить шибко благочесивая малый? — осведомился немного погодя мой спутник.

Как многим выходцам с Востока, ему не всегда удавалось выговорить звук «т», отчего слово «благочестивый» приобрело в его устах своеобразное звучание. Я утвердительно кивнула, бросив на китайца любопытствующий взгляд. Не просто же так он об этом спросил.

Уиллоби помолчал, поджал губы и хмыкнул.

— Эта преподобный совсем не благочесивая, нет.

Он бросил на меня лукавый взгляд.

— Моя видеть эта преподобная у мадам Жанна. Здесь она говорить громко, там быть тихо-тихо. Шибко благочесивый, ха!

Я повернулась, чтобы посмотреть вслед священнику, но высокая фигура уже скрылась в толпе.

— Ходить к вонючий проститутки, — подчеркнул мистер Уиллоби, произведя для иллюстрации выразительный грубый жест в области своего паха.

— Поняла, — сказала я. — Что ж, плоть бывает слаба даже у священнослужителей Шотландской свободной церкви.

За ужином в тот вечер я упомянула, что видела преподобного, хотя и опустила замечания мистера Уиллоби относительно его мирских пристрастий.

— Нужно было спросить его, куда конкретно в Вест-Индии он направляется, — посетовала я. — Не то чтобы с ним было особо приятно иметь дело, но нам в тех краях любые знакомства не помешают.

Джаред, деловито поглощавший жаркое из телятины, остановился, чтобы проглотить, и сказал:

— На сей счет, моя дорогая, не беспокойтесь. Я составил для вас список лиц, которые могут быть полезны, и дал Джейми рекомендательные письма людям, которые непременно окажут вам помощь.

Он отрезал себе внушительного размера кусок телятины, обмакнул в лужицу винного соуса и стал жевать, задумчиво глядя на Джейми.

Наконец, очевидно придя к какому-то решению, он пригубил вина и непринужденным тоном произнес:

— Мы встречались на равнине, кузен.

Я недоуменно воззрилась на него, а Джейми после паузы ответил:

— И мы расстались на площади.

На узком лице Джареда расплылась широкая улыбка.

— О, вот это гарантия помощи. Я догадывался, но не был уверен и решил, что испытание того стоит. Где тебя посвятили?

— В тюрьме, — лаконично отозвался Джейми. — Инвернесская ложа, как понимаешь.

Джаред удовлетворенно кивнул.

— Прекрасно, это то, что надо. Ложи есть на Ямайке и Барбадосе. У меня заготовлены письма к тамошним мастерам.