19
0Но Павел, видимо, относился к былым «подвигам» иначе.
– О том самом. Ладно, ладно, не дергайся, дельце ерундовское, и всего-то один разок помочь нужно… Я, знаешь ли, решил быстро разбогатеть – с риском, но по-умному.
– Но… как именно? – осторожно поинтересовался Степан, уже терзаемый дурными предчувствиями.
– Легко и просто, – Павел дернул плечом и добавил: – На свете так много толстосумов, у которых есть избалованные дочки…
– Я тебе сейчас все объясню.
Последующие пятнадцать минут Степан просидел с открытым ртом и округлившимися глазами, его уши оттопырились еще больше и покраснели, а живот урчал не то от голода, не то от нервов.
– Все будет нормально, не боись, я же не дурак какой-нибудь. Главное, не завышать выкуп и отдать девчонку в целости и сохранности. А нам-то она все равно на фиг не нужна.
– Но тюрьма… – напомнил Степан, облизывая пересохшие губы.
– Риск не больше, чем раньше, и твое дело обычное – на шухере постоять.
– Так, может, ты уже и выбрал кого?.. – тихо поинтересовался Степан, надеясь, что происходящее – лишь дурной сон.
– Может, и выбрал, – загадочно улыбнулся Павел, отправляя недокуренную сигарету в пепельницу.
Он подошел к шкафу, взял с книжной полки фотографию и протянул ее Степану.
– А кто это? – поднимая голову, шмыгая носом, спросил Степан.
– Екатерина Шурыгина. Двадцать один год. Учится в институте, – быстро ответил Павел и с ухмылкой добавил: – И она – дочь Короля Алкоголя.
В пятьдесят один год он уже не мечтал о любви. Какая любовь, когда волосы поседели, работа заняла все свободное время, а дочери выросли и шагнули в самостоятельную взрослую жизнь?
Три дочери – это много.
Полина, Ольга, Катюшка.
И воспитывать их пришлось самостоятельно, без бабушек и дедушек и, к горькому сожалению, без жены…
Главное, они абсолютно разные! И сюрпризы преподносят такие, что голова кругом и год за два считать можно! Петр Петрович нахмурился, бросил взгляд на часы и припарковал машину около подъезда своего дома.
