Только здесь она могла вздохнуть полной грудью. Свежий воздух тут же прогнал тошноту. Позволив себе постоять еще немного, она уже собиралась вернуться обратно, но не успела.
— Будет лучше, если ты не станешь торопиться, — окликнула ее Ингрид.
Ева удивленно посмотрела на нее. Почему она не слышала, как эта женщина подошла к ней? Неужели так глубоко задумалась.
— Что ты хочешь от меня? — нахмурившись, спросила она, крепко сжав рукой ручку двери и готовая в любой момент распахнуть ее. Она знала, какой опасной могла быть Ингрид и не хотела надолго оставаться рядом с ней, в одиночестве.
— Я хочу поговорить с тобой, и это касается Одина.
Изумленная, Ева отступила от безопасной близости двери и подошла к Ингрид.
— Что ты хочешь этим сказать? — дрожащим голосом, спросила она.
— Если ты сейчас не пойдешь со мной, Один больше никогда не вернется, — насмешливо проговорила Ингрид, — Его жизнь в твоих руках. Как же ты распорядишься ею?
— Нет! — вскрикнула Ева, и отскочила в сторону, — Не может быть!
— Замолчи, глупая девчонка, — зашипела Ингрид, оглядываясь по сторонам, — Хочешь, чтобы нас услышали? Если это случится, и ты не придешь к Гаррику, то он убьет Одина, так и не дождавшись тебя.
Ева замотала головой, не желая верить в услышанное. Не может быть. Один не мог попасться в руки Гаррика, слишком опытным воином он был.
— Я не верю тебе, — прошептала она, отступая ближе к двери.
— Ты знаешь своего отца. И знаешь, что он, не задумываясь убьет твоего мужчину. — рассмеялась Ингрид, — А вот это тебе доказательство, что Гаррик захватил его в плен.
Она протянула Еве кинжал, совсем такой же, какой был у Одина, когда они уходили из комнаты. Она видела, как он закреплял его на своем поясе.
— Нет, — всхлипнула она, тут же прижав ладонь ко рту, о того, каким громким вышел этот звук.
— Поверила, наконец? — спокойно спросила Ингрид. — Тогда тебе стоит поторопиться.
Ева смахнула слезы, и кивнула. Она понимала, что больше никогда не вернется сюда. Она прекрасно знала своего отца, и то, какими лживыми бывали его обещания. Он никогда не отпустит ни ее, ни Одина.
Но лучше она умрет рядом с Одином, чем будет знать, что могла сделать хоть что-то для него, но струсила.
— Он не мог уйти далеко, — прорычал Один, осматривая расстилающуюся перед ним равнину. Беспрерывно падающий снег только добавлял ему злости.
— Он родился и жил в этих землях, — напомнил ему Джеймс. Жеребец под ним нервно вздрагивал, будто чувствуя напряжение, повисшее между людьми.
— Он знает много мест, в которых может укрыться словно зверь и переждать опасность. Я не думаю, что вместе с ним много людей. Ему не уйти далеко. Тем более без лошадей, — подтвердил Дерек, удерживая своего коня твердой рукой.
Один кивнул, соглашаясь с ними.
