Мы его брали с запасом, так что и на второго монстра должно хватить.

Ох, представляю лицо Ивана Фёдоровича, когда он увидит второго монстра. Но должен по поведению Зубастика понять, что палить из винтовки в нового регата не стоит. Надеюсь, что поймёт… Связи-то у куратора не было, чтобы предупредить.

— Будьте, пожалуйста, дома, — вежливо попросил безопасник. — Я скоро к вам зайду.

— Хорошо. Мы всё равно никуда не собирались.

Вот удивительно, как меняется отношение людей, стоит мне только показать свою реальную силу! А знание, как приручать первородных монстров — это тоже сила.

Регат отправился к лесу, а мы с ребятами вернулись домой. Но стоило Косте закрыть входную дверь, как посреди зала проявился Макар.

— Лёх, это было невероятно! Честно, я думал, что он тебя сожрёт, а тут ты со своей пластиной! — воскликнул он.

— Да, живые тоже в шоке, — поддержал Илья.

— Лёш… а откуда ты узнал, для чего эта круглая пластина? Я помню, ты её с регата, напавшего на поезд снял, — Диана начала задавать неудобные вопросы.

— Догадался, — спокойно ответил я и присел за столик.

Мой чай успел остыть.

— Понятно.

Ну раз не хочешь говорить, то ладно, — печально вздохнула девушка. — Вот так всегда… Может, я тоже хочу приобщиться к вашим тайнам.

— И подвергнуть риску себя и свою семью? Вообще, это не моя тайна. Как вернёшься, поговори с отцом. Если он сочтёт нужным, то расскажет тебе о происходящем в империи.

— Стой! Ты знаком с моим отцом?!

— Да. Когда я приручил первого регата, то именно к нему меня и вызвали.

В этом не было тайны. А вот если мне рассказывать Диане про орден, то потом придётся выслушивать от её отца. Зачем мне портить с ним отношения, если этого можно не делать?

— Хорошо.

Я поговорю с отцом. Возможно, так действительно будет проще, — кивнула Диана.

— Диан, а чего ты в свой домик не идёшь? — аккуратно поинтересовалась Дина.

— А я тебе мешаю? — буркнула Голицына.

С остальными она продолжала показывать свой бунтарский характер.

— Нет, что ты! Просто интересно… — стушевалась Дина.

Лазарева уже явно пожалела о том, что спросила. Но я понял суть вопроса: пока Диана здесь, мы не можем говорить открыто.

— Да просто у вас интереснее, — пожала плечами голубоволосая.

— И я бы ещё раз на ночь осталась, если Лёша не против.

Илья аж чаем поперхнулся, услышав это. Остальные просто открыли рты. Такой откровенности от княжны никто не ожидал. Она же просто говорила, что думает, не сильно заботясь, что о ней подумают.

— Ну а что? Уже и так все знают, что я здесь оставалась. Можно остаться ещё раз, — пожала плечами Голицына.

— Чтобы потом мне захотел отомстить ещё и твой отец? — спросил я, не скрывая иронии.

— Так мы же не…

— Диан, это не важно. Слухи ходят, — перебил я её.