Иногда боль становилась такой невыносимой, что сознание просто проваливалось во тьму, пытаясь укрыться от неё. А иногда она наоборот стихала и меня вновь выдёргивало в реальный мир, давая возможность хоть немного отдышаться. Иногда мне казалось, что меня куда-то тащат, но всякий раз, как я пытался открыть глаза, взгляд упирался в серый булыжник, на котором виднелось тёмное пятно то ли крови, то ли слюны.

— Всё, готово, — наконец подвёл итог своей работы Вернон, затянув на моей спине последний узел импровизированного бинта, в роли которого выступала обычная чистая тряпка, — Тур, не поможешь?

Руки здоровяка подхватили меня и одним рывком поставили на ноги. Кто-то вцепился мне в волосы и откинул голову назад, одним ловким движением влив в рот какое-то мерзкое пойло. В голове прояснилось, а боль начала постепенно стихать. Я открыл глаза и помотал головой, пытаясь хоть немного прийти в себя и оглядеться.

Похоже, прежде чем лечить, меня всё-таки выволокли из проулка на площадь. Вернее на то, что от неё осталось. Добрая половина прилавков и помост сгорели. Угли оставшиеся от них все ещё тлели, то и дело плюясь в ночную тьму крошечными язычками пламени. Ещё часть тварь просто разломала, превратив их в груду разбитых досок, перемешанных с изорванной в клочки тканью. Те, которым повезло больше всех, были просто опрокинуты навзничь.

— Стоять можешь? — поинтересовался Вернон.

— Да, могу, — немного неуверенно сказал я, освобождаясь от цепких лап Тура. Как только здоровяк меня отпустил, тело тут же качнуло вперёд, но я всё-таки смог удержать равновесие.

— Это хорошо. Значит жить будешь.

— Будем надеяться. Остальные все целы? Твари башку…

Внезапно прилетевшая пощёчина оборвала меня на полуслове. Я непонимающе уставился на виновницу торжества. Она стояла и прожигала меня своим взглядом.

Айлин словно бы постарела лет на десять. Её лицо осунулось и побледнело. Глаза запали глубоко в череп. Под ними на коже проступили тёмные круги. Из ноздрей к губам тянулись две струйки запёкшейся крови.

— Никогда, — чуть ли не прошипела девушка, — Слышишь. Никогда больше так не делай.

— Постараюсь, — хмыкнул я, потирая пострадавшую щёку, — Но ты будь добра, тоже держи себя в руках.

— Да пошёл ты, — Айлин демонстративно отвернулась и отошла в сторону, всем своим видом демонстрируя своё уязвлённое достоинство.

— Да уж, дамочка с характером, — гоготнул Тур, — Ты это… всё-таки в следующий раз не нарывайся. А то она, чего доброго, сама тебе башку открутит. Кстати, что касается башки… — он указал на Дирка. Боец сжимал в руках копьё, на острие которого была насажена мёртвая голова твари. Её пасть всё ещё хищно скалилась, но меж зубов свисал синий, распухший язык. Единственный уцелевший глаз подёрнулся плёнкой.