Сложности началась уже на четвертом месяце беременности, о которых никто из родителей и подумать не мог, надеялись, что и тут все будет гладко, как всегда. Так как мама у меня была тоненькой и очень изящной, а я развивалась в ней очень крупная, что очень сильно удивило врачей, её неоднократно клали на сохранение, а после шести месяцев ей было уже трудно ходить и что-то делать, ведь живот уже был слишком большим для нее.

Работать мама уже не могла, ей постоянно приходилось быть дома и практически не выходить из квартиры. Это очень сильно ее огорчало, и радость от беременности стала уменьшаться.

Да и с каждым днем ноги болели все сильнее, двигалась она все меньше и, соответственно, становилась все раздражительней.

Муж, как мог, пытался поддержать ее, но это не помогало, и она срывалась на нем все чаще и все сильнее. Ведь она больше не слышала от окружающих комплиментов о своей красоте и прекрасной фигуре, о том, что она замечательный, незаменимый специалист. Больше не слышала похвалы на совещаниях о своей работе, и это ее угнетало. К концу беременности она уже обвиняла еще не родившееся дитя в том, что оно все у нее отобрало, что она с таким трудом достигла и чего была достойна больше остальных.

Иногда ее даже посещали мысли, а не спровоцировать ли случайно выкидыш, ведь тогда она успеет еще наладить свою жизнь и забыть об этом ребенке и беременности.

Вот только мужества сделать это ей не хватило, да и за собственную жизнь она слишком боялась. Ребенок был очень крупным, и поэтому врачи сразу сказали ей, что сама она не родит и будут делать кесарево. После их слов она проплакала два дня. Ведь теперь ее ранее прекрасный животик будет испорчен жутким шрамом.

И вот пришел день, когда ей сделали все подготовительные процедуры и повезли в операционную. Муж сидел под окнами роддома и ждал, он видел, как поменялась в последнее время его жена и очень за нее переживал. Даже его иногда посещали мысли, может им действительно лучше бы было без ребенка. Вот только жене он этого не говорил, не зная, как она отреагирует."

"У них родилась здоровая, но действительно крупная девочка. Рост малышки был пятьдесят восемь сантиметров, и весила она на момент рождения уже пять килограмм. Когда дочку впервые показали матери, она закричала, что это не может быть ее ребенок, ее обманывают.

Она впала в такую истерику, что даже пришлось вызывать врачей — делать ей укол успокоительного. Спустя пару дней женщина успокоилась, но так и не хотела брать свою дочь на руки. Как бы не старались медсестры, она наотрез отказывалась, настаивая на том, что это не ее дочь, только когда сказали, что пригласят психиатра, она замолчала. Кормить девочку тоже пришлось искусственно, так как у матери не было молока, будто ее тело отказывалось кормить ребенка.