– Ну, я бы посадил здесь и здесь, а сам бы остался в шестиэтажке: мне отсюда были бы видны подходы к позициям, и я мог бы прикрыть своих, если что…

– Я тоже подумал именно про эти места, – заключил Чинар. – Значит, мы с тобой правильно оценили обстановку. Хотя только на месте будет ясно, насколько мы правы.

– Все равно, я не понимаю, зачем генералу так рисковать жизнью, – покачал головой Шабалин.

– Приказ получен: выполняй, – отозвался Игорь.

– Сколько мы там пробудем? – спросил Паша.

– Максимум – два дня. По времени, указанном в плановой таблице боя, одновременно с нами здесь уже должны находиться сирийские штурмовые батальоны и танки вместе с иранцами и Хезболлой, Колмыков будет наступать слева от нас – он должен дойти до Евфрата, затем погонит боевиков вдоль берега, и они выйдут вот к этим трем мостам, где их и должны принять сирийцы. Непосредственно для изоляции района, где будет располагаться командный пункт, из состава пятого корпуса будет оставлена мотопехотная рота. Далее сирийцы под командованием Федяева будут выжимать игиловцев на юго-восток в сторону Маядина. На второй день операции мостостроительный комбат Леня Чернышев начинает наводить мост через Евфрат.

– Как все красиво, – сказал Паша. – Нам бы до этой шестиэтажки дойти.

– Дойдешь, – заверил Чинар. – Радиосвязь в колонне на марше вести запрещаю. Начинаем радиообмен только при пересечении городской черты.

– Ясно, – кивнули офицеры.

В строго установленное время колонна отряда Барченко начала выдвижение. Далеко впереди шли бойцы Колмыкова, их поддерживали иранцы из КСИР и штрафная рота сирийцев. Затем двигался сирийский батальон с пятью танками, за которым и пристроилась колонна Чинара.

Следом должны были идти остальные штурмовые подразделения, но их колонны только начинали формирование, и, проезжая мимо головы, Шабалин увидел Федяева, стоявшего возле реактивной системы залпового огня, установленной в кузове большого пикапа. Валера был в боевом снаряжении, с автоматом, будто лично собирался возглавить атаку сирийцев на позиции ИГИЛ. Впрочем, Валера был способен и на это.

Шабалин помахал ему рукой, тот в ответ отмахнулся, мол, езжай, не до тебя тут!

Какое-то время колонна шла по дороге с пустынным ландшафтом, однако вскоре стали появляться признаки наличия оазиса – впереди замаячили зеленые насаждения, а за ними начался пригород и показались окраины города.

Окраины разрушенного войной огромного города.

Это был жуткий массив множества мертвых зданий, разорванных в клочья нескончаемыми бомбардировками – вначале коалицией, потом ВКС. Зияющие провалы стен, отсутствие стекол и нагромождение обломков производили нехорошее чувство сопричастности к этому разрушению.