— В комнату, которую ты так настойчиво сохраняла на протяжении наших отношений. Так куда же ты переехала? Ты тотчас же перепрыгнула в постель к другому мужчине…
— Нет! — вырвалось у нее, и все головы за соседними столиками повернулись в ее сторону. Эшли прикусила язык и закрыла глаза, стараясь сохранить самообладание.
— Ты хочешь сказать, что он не был мужчиной, не правда ли? Всего лишь мальчишка, — продолжал Вито все тем же убийственно спокойным голосом.
— Он был только другом, — прошептала она.
— Но тебе нравится спать с друзьями тоже, — с леденящей жестокостью отрезал Вито. — Ты переехала к нему. Из моей постели в его постель. Через считанные часы. Как ты назовешь женщину, которая ведет себя подобным образом?
— Ты все понимаешь неправильно… — начала она.
— Неправильно? — спросил Вито. — Я бы с большим удовольствием предпочел понимать не правильно. Правда не очень льстит моему ego.
На Эшли вдруг накатило такое сильное предчувствие катастрофы, что ее затрясло.
— Да. — Вито спокойно вздохнул. — Месяц спустя после того, как ты переехала к нему, ты записалась в клинику, где делают аборты, чтобы разрешить маленькую проблему, которая неожиданно возникла. И ты по своему собственному желанию убила эту маленькую проблему? Ведь так?
Безутешные рыдания клокотали у нее в горле, словно вой отчаяния попавшего в капкан зверя. Она наклонила голову, не в силах произнести ни слова. Эшли не помнила, как вышла из ресторана.
Эшли была совершенно уничтожена. Вито бросил ей убийственное обвинение. Она и правда испытывала такое чувство, будто заслужила его отвращение. Не имеет значения, как он узнал. Важно, что ему все было известно. Бессмысленно объяснять, что она переехала к Стиву, потому что ей больше некуда было деться. Она отказалась от своей комнаты незадолго до того, как порвала с Вито, чтобы сократить расходы.
Стив позволил ей спать на софе. Хороший друг, он поддержал ее в тот момент, когда она отчаянно нуждалась в поддержке. Но слишком молодой и незрелый, чтобы понять всю сложность чувств женщины, когда выяснилось, что она беременна.
Тогда первая реакция Эшли на непредвиденное осложнение выразилась в цепенящем ужасе. А когда она узнала, что Вито обручился с Кариной, то почувствовала себя раздавленной. Она каменела при мысли, что сделает отец, если узнает о ее беременности. На первый прием в клинику записал ее Стив. Он говорил ей, что Вито бросил ее, что теперь решать только ей. И к тому же она никогда не хотела иметь детей. Прервать беременность — это единственное разумное решение, говорил Стив. Ведь у нее нет денег, чтобы сохранить ребенка. На что она будет жить? Какую жизнь сможет дать малышу?
Эшли пошла на консультацию, но до нее еще не доходило, что она носит ребенка.
