Стала слишком хорошей и доброй, нежной и романтичной, такой, что будь я мужиком без закидонов и любви за плечами, тут бы втрескался и замуж предложил.

— Ты долго собираешься водить меня за нос? — я не выдерживаю, но продолжаю держать себя в руках. От кого бы ни был ее ребенок, но он существует, а я не могу себе позволить стать мудаком окончательно.

— Ты о чем? — непонимающе смотрит прямо в глаза.

Врет, сука, и не краснеет. Вот таких баб я терпеть не могу. Лживых, расчетливых и думающих, что им все сойдет с рук, чтобы они не совершили.

— Ты серьезно? Юля, не выводи меня, я говорил с Артемом.

— Ты, правда, ему поверил? — она недоверчиво смотрит на меня, но я лишь усмехаюсь.

— Я своему брату верю, как себе, — жестко отвечаю, ни на секунду не проникаясь ее словами.

— Доверяешь, значит, — она чуть усмехается и обхватывает себя руками. — Он подошел ко мне вчера и сказал…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я не буду слушать, — говорю решительно и встаю. — Тебе лучше с отцом ребенка поговорить, может, мужик счастлив будет. Меня за дурака держать не нужно, я не стану воспитывать чужого ребенка. Да и с тобой не сойдусь, если ты вдруг его потеряешь, — я снова усмехаюсь, все еще не веря в то, что она собиралась сделать аборт, лишь бы я ничего не узнал.

— Егор, я ведь люблю тебя, — она плачет. Стирает слезы с лица, но продолжает плакать.

Мне жалко ее, но и остаться не могу, боюсь сорваться и наговорить лишнего.

— Не могу, Юля. Позвони отцу ребенка, раз он согласился на это, значит ты для него не просто женщина с улицы.

Я слышу ее отчаянный всхлип, но не обращаю на него внимание и выхожу. Мне жаль ее, но держать меня за дурака тоже не нужно. Она обязательно справиться. У нее богатый папа, хорошая работа, мужчина, от которого она беременна. Я не знаю его, но уверен, что он не откажется хотя бы от воспитания, а если нет… что ж, Юля девочка видная, найдет себе кого-то.

После разговора с Юлей собираюсь поехать к матери и обо всем с ней поговорить. К компании подъезжаю через час, выхожу из машины, здороваюсь с сотрудниками и направляюсь в ее кабинет.

— Егор, где ты ходишь? У Юли был? — мама бросает свои дела, откладывает документы и выжидающе смотрит на меня.

— Был. И приехал поделиться с тобой приятной новостью, чтобы ты была в курсе всех событий.

— И каких? — она улыбается, скорее ожидает, что я сейчас сообщу о предстоящей свадьбе. Что хоть один Мерин окажется не бракованным. Я даже усмехаюсь этой формулировке брата.

— Нас с Юлей больше нет, — спокойно говорю я. — Собственно, нас и не было.

Не могу не отметить, с каким наслаждением наблюдаю за изменениями ее лица.