– Петрович, – тихо сказала она ему на ухо, охватив рукой за талию, – скажи, только честно – ты меня любишь?
– Наверное, Лялечка, – ответил тот, обнимая ее за плечи, – когда я тебя вижу, то меня сразу охватывает чувство невыносимой нежности. Если это не любовь, то что же?
– Даже так?! – переспросила девушка. – Тогда я, наверное, тоже тебя люблю. Мне с тобой всегда хорошо, спокойно и уютно, и хочется делать все-все-все для того, чтобы ты был счастлив.
– Я с тобой счастлив, Ляля, – сказал мужчина, – но для того, чтобы этому счастью ничего не угрожало, нам еще многое предстоит сделать.
– Я это понимаю, – сказала та, положив свою голову на плечо мужу, – и полностью на тебя в этом рассчитываю.
Утром из берегового лагеря притопали Антон Игоревич, Сергей-младший и Гуг, притащившие с собой завтрак.
– Так, Петрович, – сказал геолог, – Витальевна просит срочно отрядить кого-нибудь на охоту. Свининка, хоть мы ее и подсолили, вот-вот начнет пованивать, а одной Антошкиной рыбкой сыт не будешь.
– Хорошо, – сказал тот, – отправим, как обычно, Серегу с Катей.
– Нет, нет и еще раз нет, – возразил физрук, – Серегу я на неделю отстранил от всех боевых заданий. Пусть повкалывает здесь с тобой как Папа Карло, и подумает о своем поведении.
– Если так, то кого мы тогда можем послать? Антон Игоревич у нас на большие расстояния не ходок, ты нужен здесь за рулем УАЗа – таскать бревна, на мне вся стройка, а из Валеры охотник, простите, никакой, да и напарника у него нормального нет.
Мужчины замолчали, расклад был ясен – ситуация безвыходная. Зато Сергей-младший немного приободрился – быть может, у него получится хоть немного скостить наказание.
Немного подумав, главный прогрессор добавил:
– Разве что ты доверишь геологу свой УАЗ и сам сходишь на охоту вместе с Лизой…
– Это можно, – чуть поколебавшись, ответил коллега, – пожалуй, так и сделаем.
Сразу после завтрака Ляля убежала в береговой лагерь на «камыш», Андрей Викторович с Лизой и Шамилем удалились на промысел, а все прочие приступили к строительным работам. Геолог с Валерой продолжили бурить свои лунки, которых надо было еще десять штук, а Петрович с двумя другими юношами начали распускать на дюймовые доски остаток дубового бревна. Из них он впоследствии планировал изготовить себе рабочий верстак и корыто для бетонного раствора. Но последнее подождет; сперва деревянный каркас здания, со столбами, свободно стоящими в своих лунках, и верстак.
Поэтому, покончив с остатками многострадального дуба, бригада плотников сначала сложила дубовые доски в пакет, а потом, не дожидаясь пока закончат с бурением, выдвинулась к началу будущей просеки. Резать сосны планировалось у самого корня, чтобы потом не было лишних хлопот с корчеванием пней.
