У меня подогнулись ноги, я вцепилась в его рубашку, вдохнула родной запах и разревелась.
Мы с ним опустились на пол, и колдун начал целовать мое лицо, с нежностью, счастьем и затаенной страстью. Люцифер ненавязчиво скрылся в другой комнате, чтобы не мешать.
Я прильнула к губам колдуна. Он пропустил сквозь свои пальцы мои тёмные волосы и прошептал:
— Так ты ещё больше похожа на злодейку.
Он лишь цокнул языком и, целуя меня, ощутимо укусил за губу, словно наказывая за глупый вопрос.
— Как же долго я тебя искал.
— Да, я, между прочим, заждалась. Едва с ума не сошла.
За окном сказка боролась с реальностью, превращаясь с ней в один сплав, создавая новую вселенную с другими правилами, с иной сутью, более сложную и многогранную. Магия освобождала себе место.
Мой мир сопротивлялся, но, может, ему как раз и не хватало чудес. Не хватало сказки.
— Было тяжело? — спросила я, отстраняясь от Румпельштильцхена.
— Отыскать место, куда ты ушла? Не так просто. Прорваться сюда? Уже сложнее. Ну а потерять тебя — невозможно.
Его слова заставили меня задохнуться из-за возникшего в груди жара. Не знаю, как люди выдерживают эти всеобъемлющие чувства? Они ведь переполняют и почти разрывают.
— Хм-м, мы будем вместе… И вместе будем править, — колдун пожал плечами, а затем протянул мне волшебную палочку.
Она была из более темного дерева, чем прежняя, и казалась сильнее. Нечто темное и голодное сразу пробудилось во мне в ответ на могущество, которое я почувствовала в палочке и в себе. Румпельштильцхен усмехнулся, увидев в моих глазах пробудившуюся силу, и сказал:
— Придется создать законы, чтобы все не развалилось, и оберегать новый порядок.
— Скажи честно, ты пришел, чтобы просто захватить мой мир?
— Нет, вовсе нет. Я пришел за тобой, ну а что будет с этим миром — твой выбор.
Что ж, теперь я решала, быть злодейкой или нет. Без всяких сюжетов, книг и предопределенности судьбы.
Добро и зло, конечно, всегда будут существовать, но теперь от меня зависело, чего будет больше.
— Тогда давай для начала захватим этот мир вместе. — сказала я и подняла волшебную палочку.
Она легла в мою ладонь так, словно всегда была создана для неё.
«Биббиди-Боббиди-Бу»
