И она видела только луну, выступающую в её свете раскрошенную скалу и рябящее волнами море.

В открытое окно снова ворвался шум беспокойных крон. Именно так, как, наверное, видел и слышал всё отец, сидя за этим столом.

Но сейчас в этом шёпоте ветра Катя услышала голос не отца, а того, кого уже не вернуть. И вместо радости почувствовала глубокое разочарование.

Кате больше не нужен был отцовский быт. Она хотела флисовый плед, дешёвый обеденный стол и хлипкие стулья. Всё, что хранило воспоминания о Глебе.

До жгучих слёз её душила досада и злость на саму себя за то, что она не могла выдавить из себя «Спасибо!».

— Прониклась? — спросил не заметивший ничего, кроме её покрасневших глаз, Андрей.

— Спасибо, — уткнулась она в его грудь, чтобы только не встречаться с ним глазами.

Ванька тут же запустил руки в её волосы.

Пока уговаривали его отпустить, пока с трудом забрали из цепких пальчиков новую игрушку, пока поясняли раздосадованному малышу, что так делать нельзя, Катин кризис как-то уже исчерпал себя.

И новая удобная спальня с детской кроваткой, и шикарная ванная комната, и просторная кухня, на которой с утра пораньше уже суетилась опрятная домработница. Всё это было Кате в новинку. Но никакого, даже маломальского отторжения не вызывало.

Да, что там! Даже секс, которым они с Андреем неожиданно решили заняться, едва проснувшись, и тот принёс какое-то особое изысканное удовольствие. Удовлетворение самки, которой теперь придётся заявлять своё право на самца, но имеющей при этом не просто фору, а полный набор козырей и тотальное преимущество, которое Катя никогда не ценила.

Одно дело мысленно Андрея отпустить, но когда на самом деле она почувствовала угрозу его потерять, увидела эту его неожиданную злость и поняла, что Карина всё же для него важна, он словно резко подорожал в цене. И Катя вдруг решила за него побороться.

Она сладко потянулась, оставшись одна на кровати. Ваньку пошёл кормить Андрей.

Пахло свежестью, новой мебелью и чистотой. Катя на сто процентов была уверена, что сюда Карину Андрей не приводил.

Сейчас она расставит на туалетном столике свои баночки, развесит в ванной выстиранные трусики, сложит стопочкой на полке возле унитаза прокладки. То есть, полностью разметит территорию своим запахом и хрен уступит этой стерве своего мужика.

С кружкой кофе и ноутбуком Катя спустилась в сад, которого здесь раньше не было. Она хотела проверить почту, возможно, ответить наиболее настойчивым читателям, которые находили её везде. Но Андрей принёс ей телефон и Ваньку.

— Звонила Шпиль, я не стал отвечать.

— Хорошо, я перезвоню ей, — удивилась его встревоженному лицу Катя, забирая ребёнка. — Что-то случилось?

— Пока ничего, но мне нужно отъехать по делам.