Ты ничего странного в них не находишь?

Козодоев всмотрелся в лицо Лены и почувствовал, как у него по спине пополз неприятный холодок: глаза у девушки были как у куклы – стеклянные, блестящие, неживые.

– Что с тобой? – теряясь в догадках, спросил Козодоев.

– Со мной все будет хорошо, – заверила Лена. – А вот ты умрешь. Я размешала в настойке яд, так что жить тебе осталось совсем немного.

– Да ну на фиг! – не поверил Сергей. – Мы пили вместе, а умру я один?

– Я не пила, – показала на свой бокал Лена. – Теперь у меня вопрос: ты жить хочешь? Я могу дать тебе противоядие…

– Какое еще противоядие! – занервничал Козодоев. – Не считай меня дураком. Ты могла бы подсыпать в настойку отраву, спору нет, но где бы ты взяла противоядие? Ты что, врач, что ли?

– Ты забыл про мою сестру. Я-то знаю, какие таблетки она пила, чтобы не умереть до приезда «Скорой». У тебя еще внизу живота не холодеет? Как начнет – поздно будет.

Козодоев прислушался к себе. С животом было все в порядке, а вот руки начали холодеть. Он потрогал пятерней щеку: пальцы были ледяные, словно он только что держал в руках снег.

«Эта крыса меня на самом деле отравила? – с ужасом подумал он. – Глаза… Что у меня с глазами?!»

Сергей вскочил, бросился в коридор, посмотрел на себя в зеркало и увидел в своих глазах не стеклянный блеск, а страх. Мерзкий холодный страх надвигающейся смерти.

– Убедился? – с нескрываемым презрением спросила Кайгородова. – Теперь скажи: ты жить хочешь? Если ответишь на мои вопросы, я дам тебе противоядие, а если нет – умирай, мне тебя не жалко.

Козодоев начал закипать от злости. Сдерживая себя из последних сил, он, не отрываясь от зеркала, процедил сквозь зубы:

– Что ты хочешь узнать?"

"– Перед тем как Миша бросился с последнего этажа, вы постоянно уединялись и о чем-то секретничали. После этих разговоров он становился замкнутым или раздраженным, злым. Скажи, что ты наговорил здоровому умному парню, что он решил покончить с собой? Я больше чем уверена: смерть Миши – это дело твоих рук. Это ты все подстроил. Жаль, не при мне тебя били. Ты бы при мне живым из потребкооперации не ушел.

Козодоев представил, что он вновь оказался в полуподвальном помещении, где его избивали подручные Туриста, и отчетливо услышал злорадный смех Кайгородовой: «Бейте этого слизняка, пока он во всем не признается!»

– Ах ты, сука! – зарычал Козодоев и бросился на девушку. – Да я тебя сейчас!

Козодоев хотел схватить девушку за горло, но она в последний момент увернулась, и он от безысходности вцепился ей в волосы. Лена пронзительно завизжала, стала отбиваться от озверевшего парня кулаками и случайно угодила Козодоеву в бок, задев сломанное ребро. Сергей взвыл от боли, отпустил девушку, сделал шаг назад, собрался с силами и вновь ринулся в атаку.