– Ничего вы от меня не узнаете! И ваша драгоценная доктор Бентли сгниет под землей! Она была у вас под самым носом, а вы ничего и не поняли!
Охваченный радостным волнением, Тейтум отложил рукопись.
– Была у нас под носом, – медленно повторил он.
– Вот именно! – выплюнул Прескотт, побагровев. – Она у вас под носом, черт побери!
Наступило молчание. Тейтум сверлил убийцу взглядом и напряженно размышлял. Зачем понадобился усилитель сотового сигнала? Что изменилось?
По какой-то причине в этот раз Прескотт не смог вывести шнур из ящика на поверхность земли. Поэтому сигнал пришлось усиливать… Черт! Похоже, теперь все встало на свои места!
Тейтум вскочил.
Теперь он знал, где Зои.
Сколько она здесь? Зои понимала, что на собственное ощущение времени полагаться не стоит. Клонило в сон, но она старалась не засыпать. Казалось бы, во сне человек потребляет меньше кислорода, однако Зои понимала: если уснет – скорее всего, уже не проснется. Нет, она не готова сдаться.
От первого сообщения – «школа» – она перешла к чуть более длинному: «Дебра школа».
Наконец она оставила попытки и теперь просто лежала, отдавшись разноголосице мыслей.
Голова кружилась, в висках пульсировала боль. От изнеможения, от жажды или от недостатка кислорода?
В миллионный раз Зои задавалась вопросом, не испортила ли все, постаравшись связаться с людьми наверху.
Ну, по крайней мере, Тейтум сообразит, что убийца не решился бы зарыть жертву в общественном месте, где столько возможных свидетелей.
Теперь ей стали слышаться голоса: Андреа, родители, старые друзья и коллеги… Хотя бы на пороге смерти сознание сумело отвлечься от серийных убийц и психопатов.
Из полузабытья ее вырвал сильный удар, донесшийся сверху. Зои распахнула глаза, вглядываясь во тьму. Ничего.
Но над головой раздавались звуки – настоящие звуки! Приглушенные голоса людей, удары, скрежет. Проведя вечность во тьме и тишине, наконец-то Зои слышала что-то, кроме собственного дыхания. Она попыталась закричать, позвать на помощь – но уже не могла.
Послышался скрип, следом в глаза ударил ослепительный свет. Зои мгновенно зажмурилась, однако солнечные лучи, пробившись сквозь веки, окатили голову острой болью.
Кто-то уже присел над ней и вынимал изо рта кляп. Зои подвигала языком.






