Рядом с вами она будет чувствовать себя комфортно. Выскажется, легче станет. Я даже представить боюсь, сколько всего накопилось внутри нее.
— Уверена. Все втроем в Питер... И развода быстро добьетесь. Я с Ромой тоже поговорю сегодня.
— А если мама откажется?
— С чего это вдруг? Я вчера полдня с ней провела. После обеда поехала к ней и до полуночи просидела. Она хочет этот развод. Ее ничего рядом с вашим отцом не держит. Это нам со стороны легко кажется, но только бог знает, какой ураган у нее внутри. Знать, что муж всю жизнь ей изменял...
Я совсем забываю о кофе. Да и обо всем на свете. Снова становится не по себе. Каждый раз, когда я думаю о тете Марине, в области груди тяжело становится. Господи упаси... Я не хочу такого мужчину...
— Я понял, — встает Сережа с места. — В компании есть проблемы. Отец не может разгрести дерьмо. Я хочу сделать суперское предложение отцу, — в глазах парня загораются хитрые огоньки.
— Что ты задумал? — поднимаюсь следом. — Сереж, ты, главное, от Ромы ничего не скрывай. Он только смягчился чуточку, не напрягай сильнее. Марина Эдуардовна опять волноваться будет. Она на седьмом небе от счастья из-за того, что вы хотя бы немного по-человечески общаетесь. Давай без выкрутасов, а?
— Не бойся, зеленоглазка. Я уже говорил об этом с братом. Он в курсе. Не останется та парочка без наказания. Как и я, — последнее добавляет после короткой паузы.
— Доверие родных потерял, Ален. Это разве не считается наказанием? — морщится словно от зубной боли. — Ладно, мне пора...
— Мой мозг отказывается тебе верить... Но я стараюсь, поверь. Стараюсь понять... — договорить не успеваю, потому что снова в квартире слышится звук дверного звонка. — Черт! Точно Рома!
Я открываю дверь, мысленно молясь, чтобы они не устроили тут драку. Вчера Рома разок наорал на Сережу, чтобы тот отстал от меня, хотя ничего плохого младший не сделал. Просто вопросы задавал.
— Я надеюсь, это не то, о чем я думаю? — спрашивает Громов, заметив мужскую обувь у двери.
— Это то, о чем ты думаешь, — тихо уточняю. — Мы просто поговорили.
— И я уже ухожу, — добавляет Сережа.
Я не успеваю среагировить, как Рома врезает кулаком в его челюсть. Сережа отшатывается, затем усмехается, вытирая кровь с разбитой губы.
— Заслужил, — бросает старший.
— Заслужил, — кивает в ответ Сергей, чем удивляет меня еще сильнее. Обувается и покидает квартиру.
— Завтра утром ровно в восемь будь у нас, — бросает в спину брата Рома.
— Конечно. Никуда вы от меня не денетесь, — доносится с лестничной площадки.
— Вы сумасшедшие, — качаю головой, все еще не веря в происходящее. — Ненормальные.
— Уж какие есть, — прижимает меня к стене Громов, нависая сверху.
— Что ты делаешь? — шепчу, не желая отталкивать его. Но и перегибать не стану. Не заслужил он еще моего прощения.
