Но если ты дашь мне его, я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы искупить свою вину. Прими меня обратно. Пожалуйста.

Я стою в тишине, пытаясь вспомнить, как дышать. Все, что прозвучало из его уст, — это все, что я так хотела услышать. И все, что я хочу сделать, это сказать: «Да». Прыгнуть обратно в его объятия и позволить ему любить меня так, как он умеет.

Но я не могу.

— Нет, — говорю я с грустью.

Улыбка тут же сползает с его лица и сменяется болью. — Ой.

— Просто… — Проводя пальцами по волосам, я понимаю, что должна объяснить. Ему нужно это услышать, а мне нужно выговориться. — Это не будет вторым шансом, Хейс. Дело в том, что ты продолжаешь тянуть и толкать меня, а я продолжаю позволять тебе. Но я больше не могу.

— Я больше не хочу тебя отталкивать, — говорит он мне. — Я просто хочу быть с тобой."

"Я поднимаю брови. — А как же Кэм? Как ты думаешь, мы сможем вечно хранить тайну? Родить детей и сказать ему, что отец — молочник?

Судя по выражению его лица, он пришел сюда не с намерением изменить это условие. Условия ясны — мой брат все равно ничего не должен знать. Может быть, в детстве прятки и были моей любимой игрой, но сейчас это уже не так.

— Все, что мне нужно, — это немного времени, чтобы разобраться во всем, — говорит он. — Но я хочу это сделать, потому что ты этого стоишь.

— И я ценю это. Очень ценю. Но ты хоть понимаешь, как сильно ты меня обидел? Я была готова сделать для тебя практически все, а ты просто отбросил меня, как будто это пустяк. — Я грустно улыбаюсь и пожимаю плечами. — Мне жаль, но я должна любить себя больше, нежели рисковать так снова.

Он смотрит в землю, кивает, но ничего не говорит, и тишина становится слишком подавляющей. Мы оба сказали то, что должны были сказать, и как бы больно мне ни было, я должна сесть в машину и уехать — на этот раз навсегда.

Но в тот момент, когда моя рука взялась за ручку двери, его голос остановил меня.

— Ты знаешь, я не хотел заканчивать это.

Я снова встречаюсь с его глазами. — И все же, это ты сделал.

Он качает головой. — Я должен был.

— Не хочешь сказать мне, почему? — спрашиваю я, но на мой вопрос в ответ лишь молчание.

— Я так и думала.

В тот момент, когда я открываю дверь машины, его признание вырывается наружу в панике. — Монти угрожал мне.

Моя кровь начинает закипать от того, что он только что сказал. Почему он опустился до того, что пытается свалить все на Монти, ведь в последнее время он был очень добр ко мне?

— Ты просто нечто, — прорычал я. — Я знаю, что у тебя есть проблемы с ревностью, и я тоже не ангел, но я не думала, что ты действительно попытаешься солгать и свалить все на него.

— Я не лгу, — говорит он, и в его тоне нет ничего, кроме честности. — Утром после соревнований я пошел за цветами для тебя.