Даже не покормил, зараза! А я ведь уже привык просыпаться к хавчику!

Так и началось мое ""ученичество"" в собирании шувы. Несмотря на перемены по отношению к себе, жить стало как-то проще и логичней. Многое непонятно, но я уже не чувствовал себя ""на отшибе"", несмотря на довольно сварливый и мелочный характер моего напарника. Пусть слов я и не понимал, но интонации его тоненького голоска достаточно ярко выражали все эмоции. Он явно почувствовал себя ""намба ван"" и пытался демонстрировать это  при всяком удобном случае. До поры до времени я это терпел. Видимо у парня от моего мнимого благодушия совсем ""башню снесло"" на почве власти.

Однажды, когда языковой барьер опять вылился в непонимание, он замахнулся с визгливым криком на меня палкой, с которой собирал ягоды. Я не выдержал и слегка прихватив его рученьку, палочку то отобрал. Достаточно было только этого и ещё ""дипломатического"" пристального взгляда глаза в глаза. Внезапно вернулось всё его ""уважение"" ко мне… Но собирательство шувы осталось. Правда только после того, как он меня покормит, а не на голодный желудок. Больше в его симпатию и радушие  я ни на грамм не верил, но пусть лучше так чем ""надутый индюк"". Было достаточно простого симбиоза двух человек. Я для него бесплатная и эффективная рабсила, а он мой ""путеводитель"" в быт и языковую культуру этого мира. Пока мы нужны друг другу, то проблем больших вроде не предвидится.

...Впереди показались опять эти серо-дымчатые столбы. Несмотря на свою десятиметровую высоту  и грубую железобетонность словно их ваял кто-то лишенный всякого воображения для технических нужд, было что-то такое, что притягивало к ним взгляд.

Как ""Черный квадрат"" Малевича. Сколько до него и после было нарисовано всяких разноцветных квадратов, треугольников, кругов и овалов- они так и остались начерченными безликими фигурами, а ""Черный Квадрат""- единственный и неповторимый. Своей энергетикой из геометрической фигни он превратился в картину. Некоторые мне говорили,что нет там никакого искусства, но я, каждый раз всматриваясь в него, погружался в зовущую черную  бездну.

Так и с этими столбами… В их завораживающем, сером примитивизме было нечто, что отличало их от простых опор моста.

Что-то, заставляющее уважительно к ним относится. Идея на таких написать ""Здесь был Вася!"" казалась кощунственной и очень опасной.

Бояться их серости я не боялся, но каждый раз проходя мимо, было ощущение будто мы два бойца разных армий во время перемирия. ""Не трогай меня-я не трону тебя!"". Но оба на взводе и внимательно отслеживаем действия друг друга.

Наверное эта настороженность и спасла меня.

И кустов внезапно выпрыгнул огромный пес. Летел точно в меня с широко открытой пастью.