16
0Светка сидит с клубком пряжи, что-то вяжет — кажется, шапочку.
— И как вы поболтали с леди Пеленелей? — спрашиваю, глядя на блондинку.
Бывшая Соколова тут же вскидывает голову, глаза сияют:"
"— Ой, Даня, она такая замечательная! Хоть и больная бедняжка… — голос её становится мягче. — Надеюсь, девочка у неё родится здоровая. Пеленелечка попросила меня научить её вязать пинетки для Лазури, чтобы как только та родится — сразу надеть.
Киваю. Детей я тоже люблю, да и Эрос — нормальный мужик, незачем ему страдать, и так с братом-болваном не повезло.
— Пинетки — это хорошо, — говорю.
Настя фыркает, перебрасывая ногу через подлокотник кресла:
— Пусть только попробует Свету при мне тронуть, — бурчит. — Я ему крыло за ухо закручу.
— Вообще, я и сама за себя могу постоять! — запротестовала бывшая Соколова и подозрительно насупилась на оборотницу-«сестру»: — Или ты так не считаешь, что ли?
— Эм, просто зачем тебе утруждаться в твоём положении… — Настя умоляющим взглядом посмотрела на меня, но спасение утопающих — дело самих утопающих, и я тороплюсь ретироваться, пока и меня на дно не потянули.
Вообще добрались мы до поместья без проблем, хотя я заранее допускал, что дорога может оказаться затруднительной — учитывая личности двух моих пленников. Как только мы пробились за городские ворота, стало ясно: всё идёт по плану. Тавры, которых я вызвал ещё заранее, уже стояли на позициях с заведёнными каретами. Рогатые дружинники мгновенно отгородили нужный закуток, перекрыв доступ посторонним.
Габриэллу и Архила я усыпил псионикой.
Кстати, там ещё были гвардейцы Лунокрылых, но мои серокрылые херувимы — те самые, что недавно выбрались из демонского плена, — встали перед ними, перекрыв обзор. Этих серокрылых потом увела городская стража. Что с ними стало — пока не ясно, но я обязательно узнаю позже.
К себе в кабинет зову двоих вынужденных гостей — леди Габриэллу и сира Архила.
Едва войдя, Габриэлла раздражённо трясёт запястьем, на котором сверкает антимагический браслет.
— Король Данила, это было обязательно? — бросает она с возмущением, золотые крылья за спиной негодующе шелестят.
Я спокойно киваю:
— Леди, я берегу своих жён. Поэтому — да. Обязательно.
Она фыркает претенциозно, но и пускай, ей больше ничего не остаётся, как выкаблучиваться.
Архил, хмурясь, бросает взгляд на стену, переводит взгляд на ниши:
— Ладно, браслеты, Филинов, чёрт с ними. Но что за чудовище за нами следит?
Из стены доносится мелодичное предупреждение:
— Фааака…
Усмехаюсь.
