Я гонюсь за ним по льду, почти забыв про игру.
– Что, черт возьми, это было?
На катке воцаряется тишина. Я слышу скрежет коньков Нейта, когда он останавливается неподалеку от нас.
– Это был удар в рамках правил, – отвечает Хантер.
– Ничего в рамках правил в нем не было, – рычу я.
– Нет? Тогда прости. Виноват.
Его небрежный тон действует мне на нервы.
– Как скажешь, брат. Если от того, что ты меня избиваешь, тебе становится легче, вперед.
– Ах, как великодушно, что ты разрешаешь мне спустить пар. Это помогает полностью смириться с тем, что ты трахаешь девчонку, которая мне нравится.
Что ж, он начал первым.
Нейт подъезжает ближе, покачивая клюшкой в руке.
– Хорош, парни, нам надо работать.
Мы не обращаем на него внимания.
– Послушай, мы с Саммер приглядывались друг к другу больше года. Я влюбился в нее еще до того, как познакомился с тобой.
– Забавно, ты не вспоминал о чувствах, когда я рассказал тебе о своих.
Взгляды товарищей по команде устремлены на нас, и это вызывает знакомое покалывающее ощущение: я снова в центре внимания из-за разыгравшейся сцены, которой не могу избежать.
Я протискиваюсь мимо Хантера, но он хватает меня за свитер.
– Давай не здесь, – бормочу я.
– А почему нет? Ты не хочешь, чтобы все слышали, какой ты мудак?
– Эй, дамочки! – кричит тренер. – Мы не можем ждать весь день. Тащите свои задницы обратно на скамейку.
Хантер неохотно повинуется. Я с радостью подчиняюсь, потому что до мурашек ненавижу привлекать к себе внимание.
Тренер объявляет, что нас ждут новые парные упражнения. В первом два игрока отрабатывают угловые удары: один должен бить по воротам, второй – отражать атаку. Со скамейки я наблюдаю, как работают пары. Когда подходит очередь, без особого удивления слышу, как тренер ставит меня в пару с Хантером. Может быть, как и я, он надеется, что Хантер выплеснет гнев и оставит наше противостояние в пределах арены.
Как только звучит свисток, Хантер из кожи вон лезет, лишь бы зажать меня в углу. Наконец я прорываюсь и бью по воротам, но вратарь-второкурсник, Трентон, легко ловит шайбу перчаткой и с ухмылкой подбрасывает в воздух.
– Еще раз, – командует тренер.
Мы повторяем еще раз. Снова толкаемся в углу. Перехватываю шайбу и веду к воротам, но прежде чем успеваю ударить, боль пронзает руку, когда ублюдок двумя ладонями хватает меня за запястье.
– Да что, мать твою, с…
Закончить фразу у меня не получается. В следующую секунду я лежу на спине, и от удара в живот перехватывает дыхание.
Его перчатки падают. Кулак врезается мне в грудь. Шлем слетает, и другой кулак бьет мне в челюсть. Я слышу возгласы и крики наших товарищей. Некоторые подбадривают нас, другие пытаются разнять. Кто-то пытается оттащить Хантера от меня.
